tiol1Александр Афанасьев

Лекарство от всех скорбей...

( ОПЫТ ОМОЛОЖЕНИЯ МОЗГА )

В книге описан и объяснен новый, не имеющий аналогов, метод стимуляции мозговой деятельности, названный “гемодинамикой Фэн-фу”. Данный метод представляет собой уникальное, безопасное и не требующее затрат средство избавления от многих, практически неизлечимых прежде, заболеваний: гипертонии, гипотонии, мигрени, неврозов, астмы, бессонницы, эндокринных сбоев, астенического синдрома, алкоголизма. В книге исследованы основные приемы борьбы со старением и показано направление, по которому может развиваться геронтология в своем противодействии этому универсальному заболеванию.

Обсуждение на форуме: Криодинамика - омоложение льдом

 

Оглавление

1) Многая лета : проблемы и перспективы
2) Гемодинамика Фэн-фу
3) Дневник наблюдений с толкованиями

4) Пьянство, усталость, печаль и другие эндокринные заболевания

МНОГАЯ ЛЕТА: ПРОБЛЕМЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ

               “В сущем нет ничего злого, кроме

                злоупотребления, которое происходит

                от нерадения ума о возделывании естества”.

                                          Святой Максим Исповедник

 

      На сегодняшний день геронтология - наука о старении и ювенология - наука о молодости, оказались искусственно разделенными. На самом деле они - одно, потому что едины претензии, предъявляемые к ним человеком. Ведь, по точному замечанию Свифта: “Каждый хочет жить долго, но никто не хочет быть старым”. Древние греки сочинили на эту же тему очаровательный миф об Эндимионе. Эндимионом звался прекрасный юноша,  в которого влюбилась богиня Луны Селена. Она выпросила у Зевса для юноши вечную жизнь, но забыла попросить вечную молодость. Эндимион жил, все более и более усыхая, пока не превратился в кузнечика. Думаю, разделить судьбу Эндимиона и сейчас нашлось бы немного желающих, поэтому проблема длительности жизни и ее полноценности остается по существу единой проблемой.

      История знает несколько легендарных фигур, поражающих воображение своим долгим веком: Мафусаил - 969 лет, китайский мудрец и сексолог Пэн-цзу - 800 лет, основатель йоги Патанджали - 300 лет, греческий мудрец и жрец Эпименид - 299 лет. Однако, чем ближе к нам по времени оказывается такого рода информация, тем короче делается век долгожителей. Вот сведения, собранные за последние три столетия. В 1724 году в Венгрии умер крестьянин Петр Кцартен в 185 лет. Его старшему сыну было тогда 155 лет, а младшему - 97. Англичанин Томас Парр прожил 152 года. В 120 он вторично женился на молодой вдове. Сын от этого  брака дожил до 123 лет. Парр пережил 9 английских королей. Приглашенный к королевскому двору, он умер от излишеств в пище и питье. Его анатомировал знаменитый английский врач Гарвей, открывший кровообращение. В протоколе вскрытия отмечалось отсутствие каких-либо  старческих изменений в органах.

      Многим читателям, вероятно, памятен советский геронтологический бум, когда с Кавказа стали поступать сообщения о стариках, оказавшихся едва ли не ровесниками Пушкина. Однако шум по этому поводу затих до странности быстро, и на то были свои веские причины. С записью актов гражданского состояния в глухих аулах Кавказа и сейчас дело обстоит не сказать благополучно, поэтому не трудно представить себе ее состояние в пушкинские времена. К сожалению, конфузы такого рода на Руси не в новинку. К столетнему юбилею Отечественной войны 1812 года был отыскан царскими службистами старик, видевший и помнивший Наполеона. Его едва не представили на торжествах Николаю II. Спас случай: один из адъютантов государя из праздного любопытства спросил словоохотливого старика: как выглядел Наполеон. Ответ потряс всех: “Росту-во! Бородища-во!” Старика увели от греха. Итог такого рода открытий и разысканий подвел известный югославский историк медицины М.Д.Грмек словами, что “данные о случаях выдающегося долголетия в наши дни относятся к тем странам, где в XVIII  и в первой половине XIX века не проводилась точная регистрация рождений”. По сведениям “Книги рекордов Гиннесса” рекордсменом-долгожителем является японец Сингийо Идзуми, умерший в 1986 году 120 лет от роду. И это единственная цифра на сегодняшний день, в достоверности которой нет оснований сомневаться.

      В отличие от цифр рекордного долгожительства, имеющих явную тенденцию к снижению, цифры среднего возраста человечества со временем все более возрастают. Судите сами: Древний Египет - 22,5, Древний Рим - 24 ,Средневековая Европа - 31,Европа XIX века -37,7,Современная Европа - 70.

      Цифры эти выглядят чудовищно, особенно в отношении древнейших времен, но здесь необходимо помнить, что они составлялись с учетом гигантской детской смертности и регулярных пандемий, превращавших в пустыни целые континенты. Без этих двух факторов вполне реалистично выглядят слова царя Давида :”Мы теряем лета наши, как звук. Дней лет наших - семьдесят лет, а при большой крепости - восемьдесят лет”. (Пс.89,10). Вместе с тем, о продолжительности жизни царя Давида уж было кому позаботиться, уже существовала, пусть не ахти какая, но медицина, и значит, мнение царя не отражает нормы, данных природой человеку стандартов.

      Однако, каковы бы ни были эти стандарты, они заведомо уступают нормам долгожительства многих других живых существ. До 150 лет живут черепахи, карпы и слоны. За 100 лет с легкостью переваливают коршуны, орлы, соколы и попугаи. Долгожительство попугаев - это немой упрек всему прогрессивному человечеству, и неудивительно, что с него  началась наука геронтология. Основоположник геронтологии Илья Мечников, обидевшись за человечество, живущее намного меньше пернатых,  заметил, что крупнейшим отличием физиологии пернатых от физиологии человека является отсутствие у птиц толстой кишки. Это открытие навело Мечникова на мысль, что гибель наша в толстой кишке, точнее, в тех ядах и гнилостных бактериях, что скапливаются в ней, и что борьба за чистоту толстой кишки - прямой путь к долголетию. С той минуты, как к нему пришла эта мысль, Мечников перестал пить и есть сырое, а в качестве панацеи выдвинул йогурт, чем обеспечил победное шествие этого продукта по миру. Однажды он дал легкомысленное интервью, в котором, упомянув йогурт, заговорил о 250-летней перспективе человеческой жизни. В результате ученого стали осаждать толпы богатых стариков, предлагавших миллионы за возвращение молодости; появились фирмы, выпускавшие йогурт и рекламирующие свой товар  так,  будто Мечников только им продал “секрет” этого продукта. Сам Мечников прожил до 71 года, заметно пережив своих родных, но верность своей теории тем не доказал, так как набралось достаточно данных, указывающих, что стерильная пища, йогурт и даже ампутация толстой кишки ничего для долготы века не дают.

      Мечникову принадлежит и широкая популяризация  давней мысли Аристотеля, что длительность жизни пропорциональна длительности периода роста и должна в 5-7 раз превосходить последний. Отсюда Мечников делал вывод,  что нормальная продолжительность жизни человека - 150 лет. Однако, с таким выводом можно очень серьезно поспорить. Природа не могла закладывать некую кратность физиологического механизма ради самой кратности, ей нужен был какой-то резон, чтобы ставить предел жизни. А таким резоном природы является обеспечение продолжения рода, то есть когда особь делается бабушкой или дедушкой, природа теряет к ней интерес, поскольку исполнение главной природной задачи оказывается тем самым обеспеченным. Отсюда вывод: мерой жизни может служить начало способности человека к репродукции, а порогом - двукратное этой меры повторение, то есть естественным пределом человеческой жизни является срок 40-50 лет.

      Такой, чисто умозрительный вывод не дорого стоил бы, если не подкреплялся бы данными физиологии. Обратим внимание, когда специалистам удалось с помощью строгих, специально подобранных диет вдвое удлинить жизнь крыс, то обнаружилось, что все эти крысиные долгожители умерли слепыми, то есть глаза их явно не были рассчитаны на две жизни. К сходному выводу был вынужден прийти автор этих строк в связи с собственным нерадостным опытом: добившись более чем впечатляющих результатов в деле омоложения своего организма, я с одним дефектом  ничего поделать не смог - это поразившая меня в 43 года старческая дальнозоркость. Слабым утешением в этой связи послужило то, что, по свидетельству окулистов, после 40 лет резкое ухудшение зрения представляет собой массовое явление. Дело в том, что к этому времени хрусталик обычно утрачивает эластичность, устает, как устает всякий материал, и, одервенев, перестает менять фокусное расстояние. Этот факт мало о чем говорил бы, если бы хрусталик не жил своей, абсолютно независимой от организма жизнью. Хрусталик автономен, ни нервы, ни капилляры с ним не контактируют, а значит образ жизни индивидуума никак на него повлиять не в состоянии.  Хрусталик можно считать одним из немногих элементов организма, чье существование целиком определяется  природой. И то, что проблемы со зрением становятся массовым явлением именно после 40 лет, подтверждает прежде высказанную мысль, что природа рассчитала человека лишь на срок, дающий веру в неистребимость своего рода - на 40-50 лет. Наконец, еще два свидетельства чисто статистического свойства: по подсчетам  английских  специалистов, в 95 случаях из 100 после 40 лет женская яйцеклетка утрачивает способность к естественному оплодотворению, и, как известно, около 80% мужчин после  40 лет страдают простатитом, болезнью, также  не способствующей воспроизводству. «Помирать пора, какие дети?» – как бы говорит нам двумя этими фактами циничная по своему обыкновению природа, подтверждая тем самым все сказанное выше.

В этой связи возникает естественный вопрос: как человеку удается переживать положенный природой срок? Причины две. Одна заключена в постоянно ругаемой, но худо-бедно работающей медицине, без которой переползание через 50 летний рубеж стало бы явлением исключительным, как  это имеет место у наших ближайших родственников - приматов. Холодно делается при мысли о том, какова бы была демографическая картина человечества без медицины.  Ведь едва ли не каждый,  доживший до 50 лет, подвергся хоть раз смертельной опасности, например, в виде гнойного аппендицита, поэтому всякий из них может считать себя, благодаря врачам, дважды рожденным.

      Отдавая должное медицине, существенно удлинившей уже сегодня отпущенный природой срок и в перспективе способной его удвоить, то есть довести среднюю цифру до 80-100 лет, следует признать, что тупик в конце этого пути уже явственно виден. Современная медицина по сути своей является киборгианской, то есть создающей посредственных биороботов путем протезирования, имплантирования и суррогатной подмены в виде таблеток и инъекций полноценных продуктов жизнедеятельности физиологических систем. Киборгианская медицина превращает лечение в латание тришкиного кафтана, позволяющее дальше ковылять по свету, но без полноценности бытия и в постоянном страхе за расползающуюся под ласковой докторской рукой ткань жизни.

      Где же выход? По мнению известного американского биолога Мартинаса Ичаса, “более правильным  путем здесь была бы разработка биологических способов продления активной жизни до ее видового предела. В этом случае смерть будет скоропостижной: практически все системы будут сносно работать почти до конца, а затем все или большинство откажут одновременно.  Человек будет оставаться активным и здоровым практически все отведенное ему время. Не совсем ясно, ждет ли нас успех на этом пути, но если он окажется невозможным, современные тенденции в прогрессе медицины будут вселять тревогу. “ Со сказанным трудно не согласиться, действительно, движение от киборгианской медицины к медицине органической - единственно возможный путь развития. Дело за малым: выяснить - из каких приемов и средств такая органическая медицина должна состоять.

      И здесь мы подходим ко второй причине, позволяющей людям иногда далеко перешагивать за отпущенный 50-летний срок. Дело в том, что природа, кладя предел человеческому веку, одновременно дала ему гигантский, возможно неисчерпаемый резерв, и именно за его счет удается порой продлить сладкий миг земного существования. Как известно, человек умирает задолго до того, как исчерпываются все ресурсы его организма. Это обстоятельство и породило заблуждение, будто он живет смехотворно мало и на самом деле предназначен природой для мафусаилова века. Но на самом деле это не так. Данный резерв закладывался не на длительность, а на маневр, то есть на преодоление тех экстремальных ситуаций, в которых может оказаться организм на протяжении все тех же 40-50 лет. А поскольку предсказать все беды, способные выпасть на долю человека, природа не бралась, то и запасом его обеспечила едва ли не беспредельным. Исключение составили лишь те элементы организма ( хрусталик, зубная эмаль и т.д.), чье быстрое усиление мало что давало бы для выживания. Сверхзрение или повышенная зубодробительность, данные на короткий срок, вряд ли могли переломить ситуацию в условиях внезапной беды, тогда как мгновенное мышечное или интеллектуальное сверхусилие могло спасти и часто спасало человеку жизнь.  Практически природа делала нас так же, как мы делаем автомобиль, какие-то части закладывая тютелька в тютельку, только бы дотянуть до условленного срока, а какие-то с большим запасом на маневр. Скажем, на автомобильном спидометре непременно стоит цифра, как минимум вдвое превышающая  реальные потребности машины, но совершенно необходимая тогда, когда чрезвычайные обстоятельства требуют нажать на газ. То же самое с человеком: его гигантский резерв - не жизни резерв, а ситуации.

      Из сказанного не следует, что экстремальный потенциал организма не может быть востребован  для продления жизни. Может, но не так легко, как хотелось бы.  Однако, прежде чем пуститься в погоню за фата морганой долголетия,  попробуем очертить ее контуры. И начать придется с того общеизвестного факта, что все живые существа делятся на бесспорно смертных и смертных условно. К первым, например, относится растение агава. Оно имеет только одну точку роста, делящую клетки, через 5-6 лет ресурс обновления исчерпывается, клетки перестают делиться и агава засыхает. Хороший пример условно смертных - актиния. У нее идет непрерывная замена клеток, новые клетки образуются путем деления вокруг рта и постепенно сдвигаются вниз, к подошве, где отмирают. Поэтому некоторые актинии действительно живут очень долго. В Шотландии, например, актиний держали в аквариумах 70-80 лет. За это время они не проявляли никаких признаков старения и по-прежнему активно размножались почкованием. Поскольку жизнь их прекращалась только в результате случайностей (например, им забывали сменить воду), предел жизни  актиний пока не установлен. Он вполне может быть неопределенно долгим.

      Собратом актинии по бессмертию можно считать и человека, умирающего исключительно от несчастных случаев и болезней. Даже у смертельно больного человека продолжается обновление крови, эпидермального слоя кожи, желудочного эпителия и т.д. История медицины не знает естественной смерти от старости, т.е. смерти от того, что клетки перестали делиться. Наоборот, патологоанатомы могут подтвердить, что жизнь человеческой клетки продолжается и после бесспорной смерти ее владельца. Свидетельство тому не только рост волос и ногтей у покойников, но сообщения недавние и гораздо более поразительные. Химики Тюбингского университета, обследовав недавно мумию Птолемея, возраст которой составлял 2300 лет, “обнаружили ферменты, биологическая активность которых почти так же высока, как и свежих ферментов, взятых из тела живого человека. Хотя при бальзамировании труп царя  был обработан дезинфицирующими химикатами, белковые цепочки почти полностью сохранились в течение всего этого времени. Им удалось избежать разложения, спрятавшись внутри ребер”. Таким образом, Птолемей, пусть на уровне ферментов, почти в два с половиной раза пережил Мафусаила и кто знает, сколько прожил бы еще, если бы не химики Тюбингского университета.

      До недавнего времени считалось, что предел жизни человека устанавливают неделящиеся нервные клетки-нейроны. Фраза: “Спокойно! Нервные клетки не восстанавливаются!” - бытовой отголосок  этих старых представлений. Но вот как оптимистично звучат выдержки из одной недавней публикации во “Франкфуртер Альгемайне”: “Знания, сообщаемые учебниками, до сих пор были связаны в основном с проведенным в 1955 году исследованием  одного нью-йоркского патологоанатома, который производил вскрытие мозга умерших людей, находившихся в различных стадиях старения.  В коре головного мозга, от которого зависят наши высшие духовные функции, порой оставалось лишь до 60 процентов нервных клеток. Связь представлялась очевидной...Новое исследование, основанное на результатах 51 вскрытия, при котором тщательно следили за возможными эффектами препарирования и дегенеративных заболеваний, привело к совершенно иному результату. Обследование показало, что хотя нервные клетки в коре головного мозга и съеживаются, но число их в основном остается постоянным... Эти наблюдения в значительной мере совпадают с теми, которые провела в Бостонском университете группа медиков во главе с Аленом Питерсом над мозгом макак-резусов. Хотя у животных возраст тоже вызывает снижение мозговых способностей, не было, однако, отмечено никакой утраты нервных клеток в коре, что могло бы стать причиной такого снижения. С другой стороны, ученые обнаружили явственные признаки того, что недостатки мозговой деятельности в старости объясняются распадом миелина, изолирующего вещества, которое покрывает передающие отростки нервных клеток (аксонов). Чем дальше заходил распад миелиновой оболочки, тем хуже обезьяны могли решать свои задачи.” Поскольку миелиновые клетки, в отличие от нейронов, делятся, то теперь можно сказать, что среди функциональных систем человеческого организма нет ни одной, которая могла бы считаться смертной. А этот чрезвычайно отрадный факт переводит в практическую плоскость вопрос о реализации такого необъятного потенциала.

      “Хотите жить долго? Выбирайте себе предков-долгожителей”, любят шутить генетики. Однако в этой шутке есть только доля правды, и влияние наследственности  можно считать преувеличенным. Подсчитано, что если ваши предки жили долго, то достигнув 25 лет, вы вправе ожидать, что дальнейшая жизнь окажется на 2-4 года дольше средней. Поэтому оставив надежду на хорошую наследственность, всякий жаждущий долгой жизни должен засучить рукава и заняться длиной своего века сам.

      Из древности известно множество приемов и средств, реально или мнимо способствующих долголетию. Оставим в стороне рецепты первобытной магии вроде питья молодой крови, жевания трав-панацей и глотания “философских камней”. Вся рецептура такого рода основана на принципах мистической симпатии, принципах слишком простых, чтобы быть действенными, и питье молодой крови старческих проблем не решает.

      Однако издавна известны были и другие, более действенные способы продления жизни. “Кто такие боги?” - спрашивал еще  Гераклит и сам себе отвечал: “Это бессмертные люди”. То есть Олимпийцы - это те же греки, но нашедшие способ постоянного омоложения. В античной литературе можно найти и некоторые элементы тогдашней рецептуры бессмертия. Во-первых, - диета. “Хлеба они не едят, не пьют вина огневого, и потому все бескровны и носят названья бессмертных”,- пел об олимпийцах Гомер. Кроме того, античных богов отличала эмоциональная уравновешенность, они никогда не плакали и их “олимпийское спокойствие” вошло в поговорку.

      Не отрицая важности диет и душевного равновесия, последующие поколения европейцев существенно пополнили список ингредиентов долголетия. Художник Илья Репин, например, проживший 86 лет, спал на свежем воздухе в любую погоду и ел сушеные травы, которые злоязыкие гости называли “сеном”. Особенно интересна в этом отношении судьба отца Бальзака.  Бальзак-старший был маниакальным жрецом долголетия. Сестра Бальзака писала: “... он был одержим навязчивой идеей. Такой навязчивой идеей у моего отца было здоровье. Он так любил жизнь, что мечтал жить как можно дольше. Отец высчитал, основываясь на том, сколько лет нужно человеку, чтобы достичь полного физического расцвета, что сам он будет жить  до ста лет и долее...” Он любил молоко и древесные соки, ужинал только фруктами, много ходил пешком, гордился, что в жизни не обращался к врачу и не дал заработать на себе аптекарю даже десяти су. Любимой фразой его была: “Все бренно в этом мире, непреходяще только душевное равновесие.” Когда Бальзаку-отцу было 82 года, распространился слух, что одна из его соседок от него беременна, и слух этот не был вполне безосновательным. Во всяком случае, за пять лет до того он писал дочери: ”У меня молодая, красивая и пылкая любовница, к которой я привык, она для меня источник радости... Я не чувствую своих семидесяти семи лет, вот каковы мои любовные дела.” Однако главный, по-настоящему неординарный источник жизнелюбия старшего Бальзака заключался в другом - в корысти. Он вступил в некую финансовую группу, которая представляла собой сообщество людей, внесших определенную сумму, причем каждый при жизни пользовался доходами с этого капитала, а самый капитал переходил в собственность тех, кто проживет дольше остальных. Самые большие долгожители должны были получить огромную сумму. Бальзак посмеивался, потирал руки, получая сообщения о смерти своих партнеров, называя их “дезертирами”, но разразилась беда, и “дезертиром” стал она сам. Бальзак умер 83 лет от роду от абсцесса печени.

      Судьба Бальзака-отца во многом поучительна. С одной стороны, она показывает, что его образ жизни, довольно типичный для европейских жрецов долголетия, как минимум не бесполезен и, скорее всего, в состоянии продлить человеческий век. Но с другой стороны, судьба Бальзака - это свидетельство ограниченности метода, того, что серьезных прорывов на этом пути ждать не приходится. И безукоризненным аргументом в устах любого лентяя может стать тот бесспорный факт, что бальзаковский возраст достижим без всяких усилий и диет. Наконец, финал жизни Бальзака показывает, что ахиллесовой пятой данной системы являются не поддающиеся контролю, управлению и тренингу внутренние функциональные системы, в бальзаковском случае - печень. Что говорить о контроле на главном, клеточном уровне?

      Сходные претензии можно предъявить к любой из существующих оздоровительных систем за вычетом одной - индийской йоги. Сразу оговорюсь, существуют две йоги: одна низшего, другая высшего посвящения. Йога низшего посвящения принципиально не отличается от других систем, так же настаивает на диетах, гимнастических, дыхательных и очистительных упражнениях. Она только шире, последовательней, и, я бы сказал, упрямей других метод в своем жизнелюбии. Поэтому складывается впечатление, что будь в Индии лет 150 назад налаженная система метрической регистрации, пальма первенства в долгожительстве принадлежала бы ей.

      Уверенность в этом придает существование йоги высшего посвящения, суть которой заключается в переводе бессознательного у других людей контроля над работой внутренних органов  в осознанный. Йог высшего посвящения мысленным оком постоянно глядит в себя и сознательно регулирует происходящие внутри процессы, по своей прихоти меняя частоту пульса, давление и т.д. Йогу высшего посвящения можно было бы считать величайшим прорывом в истории геронтологии, и по существу она является таковой, если бы не та непомерная плата, которую ей приходится платить за долголетие и здоровье.

      У йоги тоже есть ахиллесова пята - то, что именно сознание делается функциональным контролером и распорядителем. Все вроде бы ничего, но чем дальше, тем больше становится очевидна неповоротливость и слабосилие нашего интеллекта. В ноябре 1995 года в Сан-Диего собрался грандиозный форум из 20 тысяч ученых, занятых изучением мозга. Когда с большим трудом были подведены его итоги, то оказалось, что главный итог заключен в коротком, но беспощадном списке неистребимых дефектов мозга. Во-первых, его познавательная способность чудовищно низка: сознание может одновременно воспринимать не более семи единиц информации. Во-вторых, мозг работает до смешного медленно: различает не более 40 событий в секунду (средний персональный компьютер за то же время обрабатывает в миллион раз больше информации). В третьих, сознание соприкасается с исчезающе малой долей происходящих в мозге процессов: предположительно, только один процент нервных клеток участвует в обработке содержимого. Наконец, оно необычайно инертно: эксперименты показывают, что сознание примерно на третью долю секунды отстает от действительности.

      Возвращаясь с этим убийственным вердиктом к проблеме йоги высшего посвящения, остается констатировать совершенную бесперспективность этого направления. Переводить физиологический механизм под контроль сознания, все равно что отдавать линкор во власть арифмометра.  И если бы только в этом заключалась проблема. Неповоротливость и слабосилие интеллекта практически вырубает йога высшего посвящения из жизни. Сознание, задавленное непосильной для него задачей, просто отключается от внешней среды, всякая душевная и умственная жизнь в йоге прекращается и он умирает до смерти, навсегда остановив развитие своей личности на той стадии, на какой его застала йога высшего посвящения.

      Не находя удовлетворения в существующей практике, посмотрим, что на тему старения говорит современная наука. Большинство геронтологов сходится на том, что виновницей старости является эндокринная система. Ее железы отвечают за выработку гормонов - биологически активных веществ, стимулирующих в организме едва ли не все процессы: от выработки антител до формирования эмоций. Время от времени из научных лабораторий доходят вести о попытках синтезировать или иным способом добыть для человека теряемые по мере старения гормоны. Судьбу всех этих гормональных препаратов предсказывать сейчас вряд ли кто возьмется, но уже сейчас ясно, что, как всякая попытка вмешательства извне, проблемы старости они принципиально решить не могут.

      Наконец, из всех элементов эндокринной системы наибольшие опасения, связанные со старостью, вызывает у медиков гипофиз. Эта железа расположена в нижнем отделе головного мозга, и ее называют “дирижером” эндокринной системы.  Известный геронтолог А.Комфорт писал: ”Для тех, кто занимался поисками “коренных” и все объясняющих гормональных сдвигов , ведущих к старению, особую притягательную силу имел, несомненно, гипофиз.  Это объясняется тем, что гипофиз участвует ( или “подозревается”  в участии) в регуляции почти всех процессов гомеостаза, протекающих в организме млекопитающих. Для тех, кто искал причину старения в изменениях со стороны центральной нервной системы, анатомическая локализация гипофиза (близость к гипоталамусу) приобрела существенное значение... имеются большие данные в пользу того, что гипофиз непосредственно участвует в процессе старения как посредник, а возможно, и как инициатор”.

      Не только гипофиз, как часть мозга, но весь мозг со всеми продуктами его деятельности признан ученым миром - центром геронтологической проблематики, И в этой связи нельзя не упомянуть одно из последних сообщений Американской ассоциации хирургов, звучащее в газетном переложении следующим образом “... изменение образа мыслей изменяет структуру мозговых тканей. Люди, которые в детстве недостаточно хорошо развили способность к познанию, в старости подвержены гораздо большей опасности заболевания болезнью Альцгеймера - потери памяти.

      Американские исследователи поставили эксперимент в одном большом женском католическом монастыре США. Они нашли и проверили школьные сочинения пожилых ныне монахинь. Так вот, те матушки, чьи детские сочинения отличались большей сложностью предложений, изощренностью синтаксиса, стиля и мысли, на 90% меньше страдали старческим слабоумием, чем монахини, чей детский стиль был примитивен и малограмотен. То есть, грубо говоря, плохо учась в детском саду и начальных классах, вы недоразвиваете свое серое вещество, и оно изменяет вам гораздо быстрее!”

      Настоящее исследование представляет собой лишь простое подтверждение давнего наблюдения, что люди интеллектуального труда живут дольше других категорий населения. За примерами далеко ходить не надо: Сократа отравили в 71 год, его ученик Платон дожил до 80 лет и т.д. Вывод напрашивается сам собой, но он неутешителен. Хорошо бы всем философствовать, да некогда. И вообще Платон еще сказал: “Толпе не присуще быть философом”. Так что, на долгожительский интеллектуальный бодибилдинг посредством философского тренажера рассчитывать не приходится.

      Особенно тревожит медиков снабжение головного мозга кислородом. Мозг человека поглощает 40-50 куб.см. кислорода в минуту, т.е. почти 20% кислорода, потребляемого всем телом, в то время как удельный вес мозга составляет всего 2,5% всей массы тела. По словам известного геронтолога В.А.Неговского, разные органы и ткани “обладают разной чувствительностью к кислородному голоданию. Поэтому смерть оказывается не мгновением, а процессом, развивающимся во времени и постепенно охватывающим различные  органы и ткани организма”. Особенно чувствителен к кислородному голоданию головной мозг, и легко предположить, что именно его угасание провоцирует цепную реакцию старения. К сказанному Неговским следует добавить, что кислород не единственный компонент питания мозга, а значит проблема  шире и заключена в системе кровоснабжения в целом. Особенно на уровне капилляров (А.Залманов).

      Подводя итог  нашего краткого обзора, следует сказать, что требования к методу, способному серьезно заморозить процесс старения, могут быть сформулированы следующим образом. Он должен быть биологически чистым, не киборгианским, т.е. не предполагать протезов, имплантантов, инъекций. Управление функциональными системами должно быть сохранено за подсознанием. Его целью должно стать поддержание полноценного кровоснабжения мозга и прежде всего связки гипоталамус-гипофиз, в чьем ведении находятся почти все процессы гомеостаза.

      Итак, есть ли система, отвечающая всем этим требованиям? Есть. Или, кажется, есть. Во всяком случае, есть метод, претендующий на соответствие таким условиям, и, отбросив ложную скромность, необходимо признаться, что принадлежит он автору  этих строк. Начало проведения этого эксперимента датируется концом 1995 года. Постепенно к нему присоединилось несколько десятков человек самых разных возрастов в диапазоне от 5 до 80 лет. И самое замечательное в этом эксперименте заключается в том, что скорых результатов от него никто не хочет и не ждет. Все надеются, что конца этому не будет. Но если этот эксперимент закончится вместе с естественным прекращением деления клеток его участников, то это тоже будет неплохо...

 

ГЕМОДИНАМИКА ФЭН-ФУ

                 “Дано мне тело - что мне делать с ним,

                       Таким единым и таким моим?”

                                                        Осип Мандельштам

 

       Начну с выразительной цитаты из Популярной медицинской энциклопедии:

Емкость  кровеносной  системы (артерий, вен, капилляров) значительно больше общего объема крови в организме.” Читатель будет удивлен, но, вопреки расхожим представлениям, кровь отнюдь не заполняет нашу кровеносную систему до краев, лишь передвигаясь из одного отдела в другой, а с большим или меньшим постоянством обретается лишь в какой-то части организма, оставляя значительную долю сосудистой системы ПУСТОЙ. Факт этот замечателен, многозначителен и нов не только для обывателя, но и, как мне удалось выяснить из личных бесед, даже для профессиональных медиков  со степенями. Которые, конечно, “проходили” его во время учебы, но забыли за ненадобностью.

          И тем не менее факт этот бесспорен, а наглядной иллюстрацией его может послужить история мумификации Мао-цзе-дуна. Когда китайский лидер умер, его соратники приняли решение мумифицировать тело. Такого рода традиция в китайской погребальной культуре отсутствовала, обращаться  за помощью к советским ревизионистам власти постеснялись, и медикам был отдан приказ: обойтись собственными силами и опытом. Как рассказывал врач, участвовавший в этой авантюре, китайцы пошли по пути наименьшего сопротивления и просто, выкачав из тела кровь, стали закачивать на ее место формалин, логично предполагая, что объем кровеносной системы сам собой ограничит количество закачиваемого консерванта. Каков же был ужас неопытных мумификаторов, когда на их глазах труп Мао начал надуваться, принимая форму шара. Оставив все процедуры, они договорились скрыть произошедшее, предоставив времени решение проблемы. Такое заключение оказалось мудрым, две недели труп вождя  потел формалином, и, наконец, тело вернулось к первоначальным размеру и виду.

В  этой связи следует сказать, что счастье было на стороне китайских медиков в гораздо большей степени, чем они предполагали. Если бы они упорствовали в своем стремлении заполнить  кровеносную систему Мао формалином, то за душевное здоровье их трудно было бы ручаться. Дело в том. что протяженность кровеносной системы человека составляет 100 000 километров (!). И, по подсчетам А.Карреля, для ее заполнения требуется 200 000 литров, т.е. по 2 литра крови на один километр, тогда как наш организм располагает лишь 5-7 литрами. Таким образом, в случае упорства китайских мумификаторов, они вряд ли бы смогли закончить свой эксперимент, потому что во всем Пекине не нашлось бы 200  000 л. формалина (больше трех железнодорожных цистерн), но если бы и набралось, тем хуже для экспериментаторов, - тело любимого китайским народом вождя обрело бы такой вид, что смертная казнь показалась бы медикам не самым большим для них наказанием.

Из этой небанальной истории можно сделать несколько поучительных выводов. Первое, если бы наша сосудистая система была заполнена до краев, то мы бы имели вид шаров объемом и весом больше трех цистерн. Второе, судя по поту, что исторгался трупом Мао, даже незначительное превышение нормы жидкости   неприемлемо для физиологии мертвого организма, не говоря об организме живом. Третье, в неполноте системы есть свой резон: если, как мы знаем, существуют обстоятельства, требующие особого притока крови к органам, то оттекать ей тоже куда-то надо, нужны пустоты для возможного отступления. Вообще жутко и смешно  делается при мысли о нашем возможном образе жизни в условиях предельного заполнения кровеносной системы. Как вел бы себя и чем занимался бы человек, к примеру, если бы его половой отдел никогда не пустовал бы, т.е. находился в хроническом возбуждении.

Наконец, анализируя этот простой ряд фактов, не перестаешь удивляться уникальной способности природы к экономии. Израильская система капельного орошения садов в пустыне - самый отдаленный и примитивный аналог  того, что делает природа с человеческим организмом. Он - тоже пустыня, но пустыня, не имеющая  по обезвоженности земных соответствий. Над человеческой внутренней пустыней витает крошечная капелька крови, носимая из конца в конец с единственной целью - не дать пустыне сделаться окончательно бесплодной. И на протяжении нескольких десятилетий это ей удается - вот в чем фокус.

Вместе с тем, в пустыне сосудистой системы ничего особенно хорошего нет. Очевидно, без питания и кислорода, приносимых кровью к органам, они быстро старятся и погибают. Полная история движения крови на протяжении человеческой жизни еще не написана, но можно   предположить, что постоянно кровь курсирует лишь в треугольнике: легкие-сердце-печень. Если же судить по размерам сосудов, то можно представить себе географию мест,  посещаемых кровью с большим или меньшим постоянством:” Калибр артерий и вен органов находится в прямой зависимости от функционального назначения органов. Такие органы, как почка, железы внутренней секреции, несмотря на сравнительно малые размеры, снабжаются крупными артериями, так как отличаются интенсивной функцией. То же относится к некоторым группам мышц.” Интенсивный приток крови к другим органам можно вызвать искусственно: пообедав, можно пригнать кровь к желудку, картинками эротического содержания можно спровоцировать прилив к половой сфере и т.д. Однако не все органы поддаются столь прямой провокации  и, судя по размерам сосудов, не все они снабжаются кровью постоянно и автоматически.

Рассуждая чисто логически, и зная, что объем крови всегда значительно меньше объема кровеносной системы, естественным было бы предположить, что меньше всего крови поступает в органы и отделы, находящиеся в наибольшем отдалении от сердца, на периферии. Проще говоря, прежде всего страдает от голода то, что снабжается капиллярами. Отдаленность от сердца не единственная проблема капиллярного кровоснабжения. Еще хуже то, что между артериями и капиллярами находятся артериолы, “краны кровеносной системы”, вольные пускать или не пускать в капилляры кровь. То есть, мало того, что крови трудно попасть самотеком в капилляры в силу отдаленности их от насосной станции, но вообще попасть туда без специального разрешения, приказа, отданного организмом.

У капилляров мозга артеориол нет, но существует своя, нейрогуморальная система регуляции  кровотока, управляемая из точки, о которой много будет сказано ниже. Поэтому простым йоговским стоянием на голове достичь самотека, а вместе с ним решения проблем кровоснабжения мозга, невозможно. А жаль. Капиллярная система мозга отличается чрезвычайной разветвленностью. Причем, чем важнее участок мозга, тем сильнее ветвление. Например, в 1 куб. мм. белого вещества  мозга содержится только 220 капилляров, тогда как в  одном куб. мм. серого - 1000. Чрезвычайно густы капиллярные сети гипоталамуса и гипофиза ( о них - специально). И самое замечательное, что тот отдел гипофиза, который отвечает за выработку очень важного гормона эндорфина ( о нем тоже ниже) не снабжен нервными окончаниями ( они останавливаются как раз на границе этой области гипофиза), но одновременно именно с этой границы начинает бурно ветвится капиллярная сеть гипофиза (т.е. стимулировать выработку эндорфина по нейронной сети невозможно, это можно сделать только через капиллярную систему кровоснабжения). Обобщая сказанное, остается констатировать. что вопрос о нормальном питании важнейших отделов головного мозга - вопрос капиллярный. т.е.” по мнению” человеческого кровоснабжения - вопрос третьестепенный и зависящий от прихотей отдающего специальный приказ организма.

С головой вообще особенно много проблем у кровеносной системы. Выпрямление человека и переход на прямохождение только добавил ей хлопот. У большинства млекопитающих мозг и сердце находятся на одной линии, по горизонтали, и потому снабжение мозга происходит самотеком, что значительно облегчает  работу кровеносной системы и делает ее надежной. Чего нельзя сказать о человеке.  Выпрямившись, его организм не мог рассчитывать на самотек, вынужден был нагнетать кровь в мозг под давлением и создавать специальный механизм управления этим давлением.

Еще одна малоприятная особенность природы мозга заключается в том, что  он едва ли не единственный нетренируемый орган. Для других органов существует те или иные приемы, интенсифицирующие их деятельность и тем вызывающие усиленный кровоприток. Мозг печальное исключение. Хотя именно он управляет организмом в целом и, значит, отвечает за здоровье вообще. Даже занятие шахматами и философией не решают  всех проблем кровоснабжения мозга, так как стимулируют лишь отдельные его участки. Кажется тупик?

Но нет. Есть на теле человека одно место-панацея, место, совершенно уникальное, с которым по важности не может сравниться никакое другое. В китайской джендзютерапии (акупунктуре) эта точка названа очень выразительно - Фэн-фу (“Отец ветра”). Расположена она на средней линии головы под затылочным бугром, т.е. в том месте, где сходятся голова и шея. У анатомов  место, где находится Фэн-фу, называется большим затылочным отверстием.

Фэн-фу -  единственная точка на теле человека, где мозг доступен прямому, непосредственному воздействию. Между кожей и мозгом ничего нет. Точка между затылком и шеей самое уязвимое место. мозг не прикрыт костью, так как в этой точке череп уже кончился, а позвоночник еще не начинался. У бойцов восточных единоборств удар по этому месту считается наиболее эффективным. В детективе Р.Чандлера «Младшая сестра» описано, что одним ударом ножа для колки льда в Фэн-фу убивал своих жертв некий медик-киллер. Во время корриды именно в эту точку добивает матадор быка специальным кинжалом под названием «дескабельо»; специалисты пишут по поводу этого приема: «Чтобы правильно провести этот прием, матадор, заставляя быка опустить голову ниже, буквально расстилает мулету на песке арены. С той же целью он может кольнуть быка в морду концом мулеты или шпагой. Когда клинок-дескабальо поражает спинной мозг, бык падает так внезапно, словно кто-то, повернув выключатель, прекращает подачу жизненной энергии.» Удар по Фэн-фу не давал бы, вероятно, такого впечатляющего результата, если бы ни уникальная анатомия этого места. Здесь проходят ветви большого затылочного и подзатылочного нервов. Через Фэн-фу проходят две из четырех основных снабжающих мозг артерий и сходятся в малый или бульбарный артериальный круг, образованный позвоночными и спинальными артериями. Но, самое главное, прямо под Фэн-фу расположен продолговатый мозг.

ПРОДОЛГОВАТЫЙ МОЗГ представляет собой переходник между спинным и головным мозгом, в нем находятся центры дыхания и кровоснабжения - так называемые “жизненные центры”, расстройство которых  гибельно для человека. Через продолговатый мозг проходят рефлекторные дуги безусловных рефлексов внутренних органов; в нем расположены центры чихания, кашля, глотания, сосания, слюноотделения и т.д. Продолговатый мозг работает и при отключении коры головного мозга, во время сна, при наркозе. Поражение продолговатого мозга “ патологическими процессами приводит к смерти.”

Как центр управления кровоснабжением именно продолговатый мозг по своей прихоти закрывает и открывает артериолы, ”краны” капиллярной системы. Кроме того, ему подчинен тот манометр, который регулирует давление  крови, усиливая его или ослабляя в зависимости от атмосферного давления, влажности и температуры. Гипертоники и гипатоники, думаю, теперь  лучше других оценят значение продолговатого мозга.

Чуть выше продолговатого мозга и чуть сзади от него, в удобной ложбинке затылочной кости лежит МОЗЖЕЧОК. Он координирует и управляет мышечной деятельностью и отвечает за мышечный тонус. По наблюдениям физиологов, “нарушение целостности мозжечка приводит к расстройствам движений, нарушению пространственной ориентировки, потере тонуса. Мышцы теряют способность к слитным, координированным движениям. Голова и туловище производят качательные и дрожательные движения (астазия), точность и пространственная упорядоченность движений нарушаются (дисметрия), координация при выполнении сложных движений утрачивается (атаксия). Теряется способность сохранять равновесие (дезэквилибрия) Наряду с двигательными расстройствами отмечается повышенная утомляемость (астения)...”

Чуть выше и вглубь от продолговатого мозга находится гипоталамогипофизная система, состоящая из двух тесно связанных друг с другом органов: ГИПОФИЗА и   ГИПОТАЛАМУСА. О значении этих органов для жизни человека говорят хотя бы такие наблюдения нейробиологов: ”Клиническая симптоматика поражений гипоталамуса и гипофиза отличается большим разнообразием. Определяется преимущественная выраженность вегетативно-сосудистых, эндокринно-обменных, нервно-мышечных или нейротрофических нарушений.”

Если же говорить о них по отдельности, то о гипоталамусе можно сказать, что в нем расположены центры вегетативной нервной системы. Эта нервная система замечательна тем, что не управляется сознанием и сама регулирует работу внутренних органов, т.е. именно она погубила печень Бальзака-отца  и именно ее пытаются поставить под свой сознательный контроль йоги. Гипоталамус “регулирует обмен веществ, деятельность сердечно-сосудистой , пищеварительной, выделительной систем и желез внутренней секреции, механизма сна, бодрствования, эмоций. Осуществляет связь нервной и эндокринной систем.”

От гипоталамуса зависит и, тесно связанный с ним, гипофиз, ответственный за выработку гормонов самого разного назначения  (интересующихся отсылаю к справочной литературе). Нам же гипофиз любопытен тем, что вырабатывает гормон  ЭНДОРФИН, который заметно влияет  на эмоциональное состояние человека, оказывает “болеутоляющий и седативный (успокаивающий) эффект”. Последнее время вокруг эндорфина поднялась, невиданная в истории эндокринологии, шумиха. Американцы даже сняли на эту тему захватывающий боевик с Дольфом Линдгреном в главной роли - “I come in peace “. Журналисты поторопились назвать эндорфин “гормоном счастья”. так как он представляет собой природный, как бы сверхчистый наркотик или алкоголь. Эндорфинная теория алкоголизма и наркомания предполагает, что источник обоих заболеваний в эндорфинном голоде. Гипофиз недостаточно его вырабатывает, и человек пытается алкогольными и наркотическими суррогатами утолить этот голод.

Над гипоталамусом располагается ТАЛАМУС, являющийся посредником между сознанием и подсознанием, извлекающий из последнего информацию для первого и потому называемый иногда “вратами сознания”. При наркозе и сне он прерывает взаимосвязь. При повреждении таламуса наступает кома, из которой не удалось выбраться ни одному человеку. Он подкорковый центр все видов общей чувствительности: болевой, температурной, тактильной и т.д.

Кроме того, в таламусе заканчивается, берущая свое начало в продолговатом мозге  РЕТИКУЛЯРНАЯ ФОРМАЦИЯ. Дело в том, что перечисленные выше отделы мозга: продолговатый мозг, мозжечок, гипофиз, гипоталамус, таламус - представляют собой “плоды”, висящие на едином древе ретикулярной формации, чей корень находится в продолговатом мозге, где Фэн-фу. В “Анатомии” по поводу ретикулярной формации говорится: ”Клеточные скопления ретикулярной формации связаны нервными волокнами между собой и со всеми органами чувств, двигательными и чувствительными областями коры большого мозга, таламусом и гипоталамусом, спинным мозгом. Она регулирует уровень возбудимости и тонуса различных отделов центральной нервной системы, включая кору большого мозга, участвует в регуляции уровня сознания, эмоций, сна и бодрствования, вегетативных функций, целенаправленных движений.”

Такой вот интересный вид открывается, если  заглянуть в щель между черепом и позвоночником, под точкой Фэн-фу. Прямо сказать, картина впечатляющая - это самое узкое место, в буквальном и переносном смысле, на человеческом теле и ничего удивительного, что самураи так любили по нему бить. Однако исключительная ранимость этого места заключает в себе не только возможную опасность, но и уникальный шанс на исцеление практически от всех недугов. Вопрос меры и способа воздействия.

Китайская медицина не без успеха лечила, укалывая иглой или прижигая Фэн-фу. Однако по-настоящему потенциал этой точки джендзютерапия раскрыть не смогла. В ней Фэн-фу большого значения придавать не принято, и показания при воздействии на нее следующие: ”кровоизлияние в мозг, головная боль, боль в шейно-затылочной области, носовое кровотечение, ларингит, жаропонижающее действие при лихорадочных состояниях.” Записанное в учебнике по джендзютерапии Тыкочинской Э.Д. (откуда взята цитата), могу почти полностью подтвердить собственным опытом, но не это главное. Главное, у китайцев уже был опыт ТЕМПЕРАТУРНОГО  (прижиганием) ВОЗДЕЙСТВИЯ на Фэн-фу, и это обстоятельство заставляет задуматься. Ведь природа так положила, что на холод человеческий организм реагирует быстрее и энергичнее, чем на тепло. Это - одно наблюдение. Другое наблюдение заключается в том, что ЛЕД  обладает какой специфической способностью благотворно влиять на механизм кровотока: боксеры после поединков прикладывают к физиономиям именно лед. Лед используется в косметике и анестезии. Предполагаю, что, кроме всего прочего, особый эффект  заключается в его способности вызывать значительный, резкий, но безвредный и безболезненный перепад температур почти в 40 градусов, от температуры человеческого тела в 36,6 до 0, точки таяния льда, т.е. достигать перепада близкого к  ошпариванию, но без его последствий.

Кроме того, лед - инструмент двойного действия: как всем известно, холод вызывает сильный отток крови в точке переохлаждения, но не всем известно, что это явление временное, скоро начинается обратный процесс, мощный приток крови к ней. С этим феноменом, думаю, связаны такие интересные факты, что лицо на морозе поначалу бледнеет, но вскоре покрывается румянцем. Или, по  рассказам замерзавших людей, они сначала испытывали сильный озноб, который сменялся неожиданным ощущением тепла.  Скептики могут проверить этот феномен на себе, если они приложат к руке кусочек льда и подержат минуту, то вслед за ощущением холода и ломоты придет онемение, а затем, убрав лед, они увидят красное пятно от прилива крови и почувствуют приятный приток тепла к этой точке. Одним словом, лед - почти неисследованный, но сильный, прекрасный и безболезненный инструмент для воздействия на человеческую органику. И было бы грехом, идя вслед китайцам по пути температурного воздействия на Фэн-фу, не воспользоваться процедурой с противоположным прижиганию  знаком - льдом.

Общие выводы из сказанного можно сформулировать так. Объем крови всегда намного меньше объема кровеносной системы, поэтому значительная часть ее постоянно пустует, заставляя разные органы тела и их отделы постоянно голодать и рано стариться. Более других страдают от недостатка крови части организма питаемые капиллярами, особенно, мозг. Вместе с тем существуют приемы и средства, провоцирующие приток крови туда, куда это желательно, не исключая мозг. Очень удобной точкой для такого рода провокации может служить точка Фэн-фу, расположенная в месте, где мозг доступен прямому воздействию. Непосредственным инструментом такой провокации может стать лед. Это все. И теперь пришло время рассказать о результатах столь необычного опыта.

 

ДНЕВНИК НАБЛЮДЕНИЙ С ТОЛКОВАНИЯМИ

                            “В ХХ веке нужно жить долго”

                                               Корней Чуковский

 

Задним числом писался этот дневник, задним числом обнаруживались и результаты опытов, так как постановщик их совсем не ожидал и не предвидел ничего подобного.

По странному стечению обстоятельств, случилось это в точности на мой юбилей, в конце 1995 года. К своему 45-летию я являл собой то, что и должен был являть сорокапятилетний русский мужчина, всю жизнь проживший в богемно-хиппово-босяцком режиме, т.е. вид имел изрядно потасканный, сморщенный, с физическим и душевным состоянием, ясно указывающим на закат жизни. Здоровьем, к счастью, меня Бог не обидел, поэтому список хронических заболеваний был короток и состоял всего из трех пунктов: вегето-сосудистая дистония, гипертония и пьянство.

Как водится, после дня рождения день выдался тяжелым. Хотя накануне, по собственным меркам, доза была символической - литр сухого вина, рано состарившийся организм оказался не в состоянии переварить за ночь даже такую ничтожную порцию. Каково бывает состояние с утра у давно и крепко пьющего человека описывать не стану... Как водится, выпил кружку пива, и, как водится, не помогло. Состояние, впрочем, изменилось, но не в лучшую сторону, а куда-то вбок. Со всей ясностью открывалась нерадужная перспектива добавить, продолжить праздник и свалиться в очередной штопор запоя. Тогда как обстоятельства требовали на тот день максимальной целеустремленности и энергии.

Тут-то и случилось нечто, что иначе как чудом назвать нельзя. Думаю, многим пьяницам известно чрезвычайно неприятное ощущение, возникающее с похмелья в районе основания черепа. Связано это, как я теперь понимаю, с тем, что находящийся там продолговатый мозг испытывает особую неприязнь к алкоголю, и смерть в результате алкогольного отравления случается из-за нее, продолговатый мозг, перенасытясь спиртным, просто отключает дыхание и кровоснабжение. Но это к слову. Я же обычно в минуты похмельной ломоты в затылке усиленно массировал пальцами это место, без заметного, впрочем, эффекта. Но в данном случае по непонятной прихоти взял, подвязал на затылок эластичный бинт и засунул под него два коктейльных кусочка льда, т.е. совершенно импульсивно проделал то, что потом, задним числом и высоконаучно описал выше. В течение одной минуты эта процедура сопровождалась чрезвычайно неприятным ощущением холодной ломоты, но, досчитав до шестидесяти, почувствовал - кожа занемела и неприятные ощущения прошли. Дальше положил на плечи полотенце и до конца растопил на затылке весь поставленный лед.

Не скажу, что эффект обнаружился немедленно. И на будущее хочется предупредить: результат гемодинамики Фэн-фу не похож ни на фейерверк, ни на волну, ни даже на капель. Он приходит, как рассвет, незаметно. Была ночь - стал день, но что произошло между двумя этими крайними состояниями - не ясно. Что касается автора этих строк, то после того, как лед растаял, он ощутил крошечный прилив бодрости, едва ли достаточный для серьезной работы. Но, во всяком случае, сил на то, чтобы войти в метро хватило, хотя вероятность достижения конечной цели по ту сторону Москвы представлялась туманной. Думалось: если доеду, то точно начну с пива.

Доехалось  удивительно легко, незаметно и о недавнем бессилии  как-то не вспоминалось. В такой забывчивости, кажется и состоит главная особенность гемодинамики Фэн-фу: человек не ощущает прилива чего-то хорошего, он забывает о дурном. Состояние организма незаметно достигает нормы, а норма, как вода для рыбы, неощутима.  Лед на Фэн-фу не дает избытка ни в чем: ни в физическом состоянии, ни в эмоциональном - похожим на качка человек не становится, он просто начинает физически и эмоционально жить, как бы в среде античной статуи.

С легкостью во всем теле выпорхнув из метро, я с совершенным отчуждением посмотрел на магическую в такой ситуации вывеску “ПИВО” и отправился по делам. Переделав их все, вернулся домой не без легкой эйфории, во всяком случае, чувствовал, как глаза оживленно поблескивают. И здесь меня ждала новая приятная неожиданность: ощущение сильного здорового голода - вещь редкая для пьющего человека и совершенно невозможная с похмелья.

К вечеру все яснее становилось, что происходит со мной нечто из ряда вон выходящее. И пролистав события дня назад, ничего не оставалось, как прийти к выводу, что виновник всего лед, поставленный на основание черепа. Эта процедура была единственной не банальной моей акцией на тот день. Личная заинтересованность и нормальное научное любопытство привели к тому, что вечером была поставлена еще одна порция льда. И опять новая приятная неожиданность. Только пьяницы знают, какое страшное время - ночь. Постель - дыба, на которой час за часом сотрясается потное слабое тело. В ту  первую ночь после льда все было иначе. Заснул сразу и в ту же минуту, когда подумал, что пора спать. Заснул детским глубоким сном, так что когда пришло время просыпаться, казалось, поднимался на поверхность со дна океана не меньше. С тех времен так и сплю: когда хочу, сколько хочу, глубоко, безмятежно, по-детски. Трудно поверить, но обычно засыпаю с само собой сложившейся молитвой: ”Господи! Как хорошо! “Сегодня - ночь, а завтра - сияющий и новый день” (цитата из Блока).

Спустя год мой Морфей переменился лишь в одном: стал спать, как волк, т.е. три часа сна, потом пробуждение минут на 20, во время которого можно выпить чашечку кофе и выкурить сигарету, а потом опять трехчасовой глубокий сон.

Прежде чем продолжить рассказ в хронологическом порядке, закончу историю своего алкоголизма. В последующие за началом опытов дни динамика ощущений по этой части выглядела следующим образом. Сначала стало ясно, что пить не хочется, и мыслей таких нет. Потом при виде водки стало передергивать, а однажды, глядя на старика в магазине, торопливо засовывающего бутылку в карман, комок тошноты подкатил к горлу. Далее передергивать стало даже при виде роскошно оформленной рекламы первоклассных напитков. Избавиться от этого передергивания удалось лишь тогда, когда приучил себя не вникать, желудком и мозгом не проникаться содержанием бутылок.

Через несколько дней, обозрев на досуге все, что может предоставить мировой рынок спиртного, приятно ужаснулся оттого, что все, независимо от вкуса и градуса, абсолютно неприемлемо. Где-то тогда же задумался о наркотиках, которыми никогда не баловался, но представься возможность, из одного любопытства, безусловно, попробовал бы. Так вот, на этот раз мысль о них  показалась абсолютно неприемлемой. И родилось это неприятие, как стало понятно после заглядывания в себя, не из идеологического самовнушения, мол, алкоголь и наркотики - это ужасное зло, а из простого ощущения, что так хорошо и на сердце, и в голове, и в желудке, во всем  существе, одним словом, что всякая попытка сдвинуть это превосходное состояние просто в сторону любым способом и средством равносильна добровольному бичеванию себя ломом.

На несколько дней возникло что-то вроде алкоголефобии. Страх, что могут возникнуть обстоятельства, которые принудят меня выпить, был так велик, что иногда в толпе мерещился или, скорее, с ужасом ожидался человек с автоматом в одной руке и рюмкой водки в другой. Впрочем,  судя по последующему опыту окружающих, можно сказать, что алкоголефобия не непременный спутник гемодинамики Фэн-фу, дело может ограничиться простым равнодушием к спиртному. Как передает свои ощущения моя дочь: ”Сидишь в баре, а делать там нечего...”

Последней каплей в моей алкогольной эпопее стала догадка, что мысль о спиртном ушла не только из сознания, но и из подсознания, Что самое главное в этой проблеме. Однажды на прогулке, когда вспомнилось о предстоящем визите дочери с зятем, пришла здравая мысль: ”Надо бы тортик купить.” Потом голову посетил вопрос:” А что вообще-то положено покупать к столу при таких визитах?” И только в ответ на данный запрос в сознание приплыло это ЧТО... Только пьющий и пивший человек оценит детскую забывчивость такого рода у поклонника Бахуса с 30 летним стажем. Знаю, как бы кто не лечился от алкоголизма, в какой бы длительной завязке он ни был, мысль о спиртном живет в нем до смертного часа, всплывая при каждом удобном случае, обманывая безнаказанностью и маня. Более привязчивой, умной и хитрой бестии, чем алкогольная жажда, нет в природе. И если она покидает человека по-настоящему - это подлинное чудо, сравнимое разве что с самоисцелением от СПИДа или рака.

По прошествии года могу добавить, что за это время мысль о спиртном меня все-таки трижды посещала. Каждый раз на фоне сильного стресса. Однако версия со спиртным возникала тогда именно как версия, чисто умозрительно, с полной внутренней уверенностью в ее нереалистичности. Она возникала как мечта о первобытной простоте у задавленного городскими проблемами жителя мегаполиса, т.е. заведомо без каких-либо реальных последствий. Я просто, подумав  о стаканчике доброго вина, залезал под душ с кусочком льда на затылке, и стресс исчезал, и о вине забывалось.

Но вернемся к хронологии и подведем итог первого дня эксперимента. Процедура возымела эффект и затронула, явно, не один, а несколько отделов мозга. Освобождение от похмельного синдрома, вероятно, лучше отнести на счет нормализации управляемого продолговатым мозгом кровоснабжения. Аппетит и глубокий сон, скорее всего, явились по вине гипоталамуса. Аллергией на алкоголь и превосходным эмоциональным состоянием автор этих строк обязан, если верна эндорфинная теория, гипофизу. Такие вот дела.

Начало следующего дня, естественно, ознаменовалось льдом на Фэн-фу и душем. Вышел бодрым, оживленным, с какой-то счастливой полуулыбкой внутри, которая с тех пор не покидает моего существа. Еще наблюдение: стал смешлив почти детской смешливостью, чего прежде не замечалось.

После льда и душа весьма довольный собой прошелся по комнате и машинально включил радиоприемник. Как на грех,  тут же зазвучала очень заводная вещица - и меня понесло. Понесла какая-то совершенно неведомая сила. Плясал в полном ослеплении, один, на отрыв размахивая руками, ногами, головой. Не верилось, что это был я - давно за старостью души и тела забывший о танцах. Словно высохшее дерево, вдруг наполнившееся живительной влагой, я со скрипом прямил позвоночник, раздвигал конечности, растряхивал пальцы, все свое ожившее тело подставляя сильному веселому рок-ветру из динамиков. Протанцевал я таким образом без малого двое суток !!! Делал перерывы лишь на еду и сон. Не было сил, я падал в любимое кресло, на коленях устраивалась любимая кошка, думал, передохну, наконец, но звучала музыка и неведомая сила пружиной выбрасывала меня из кресла, принуждая метаться в неистовой шаманской пляске из одного конца комнаты в другой. Я гулял, пританцовывая, перебирая ногами, как застоявшаяся лошадь. Даже ложась спать, я слышал играющую внутри музыку и уже в горизонтальном положении на клеточном уровне отзывался на нее. На третий день танцевальный марафон прекратился. Но с той поры я при всяком удобном случае танцую, а коль обстоятельства не позволяют, но хочется, просто включаю в себе  “You can live  your hat on” и невидимо танцую клеточками.

С концом хореографических безумств перемены в работе моего двигательного аппарата не закончились: крепли мышцы, скелет становился все гибче. Но процесс этот оказался небезболезненным. Где-то через полгода после начала процедур заныло плечо и ныло без перерыва три месяца, так что не мог на этом плече лежать (видимо, с сустава сходили  соли). И этот приятно-неприятный опыт с суставом плеча подтвердил давнюю мысль, что исцеление чревато кризисами и что выздоравливать бывает не менее тяжко, чем болеть. А второй вывод из сказанного может звучать так: если за двигательную функцию и мышечный тонус действительно отвечает, расположенный впритык к Фэн-фу, мозжечок, то именно его омоложение  и оздоровление от вспрыска крови, следует приписать мои танцевальные безумства и последующее обретение гибкости.

Разного рода чудесные  приятности  продолжали посещать меня и далее, на протяжении целого года. Скоро, например, обнаружилось, что потребление кофе у меня, закоренелого кофемана, сократилось вдвое. И вообще изменилась реакция организма на кофе: могу беззаботно пить его в любое время суток и непосредственно перед сном, на механизм Морфея это никак не влияет. Параллельно сократилось потребление табака, тесно связанное с кофе, и складывается впечатление, что-то и другое сократилось на ту часть, которая участвовала в эмоциональной регуляции, кофе тонизируя, табак успокаивая. Осталась лишь привычка.

Безусловно, правы были китайские медики, говоря, что воздействие на Фэн-фу снимает головные боли. Много раз на родных проверял: проходит даже тяжелейшая, мучавшая десятилетиями мигрень. Достоверно и сообщение китайцев об этой точке, как точке, жаропонижающей. Случилось, что дочь, заразившись гриппом, заразила и меня. Отличия сказались в последствиях. Дочь неделю пролежала пластом с высокой температурой. Автор этих строк болел три дня, причем, “болел” очень относительно. К тому прекрасному состоянию, что у меня имелось, добавилось лишь ощущение жара внутри. И то, после льда на Фэн-фу температура тут же падала на градус. С тех пор почти год не болею и иногда жалею об этом, потому что задумал серию экспериментов антипростудного характер, но так как испытываю все на себе, а грипп нейдет, то и простой в этой области наметился длительный.

Вообще подозреваю, что лед на Фэн-фу и иммунную систему достал, а за этим фактом может стоять много больше хорошей защиты от вирусных заболеваний. По последним данным, иммунная система участвует в подавлении мутогенеза, т.е. не дает клеткам мутировать в сторону патологии, мешая возникновению двух самых опасных заболеваний нашего времени: рака и болезни Альцгеймера. И дай-то Бог, чтобы в своих надеждах на лед в этом отношении, я не ошибся бы.

Минуя китайский опыт, могу добавить. что вегето-сосудистая дистония, судя по тому, что перестали потеть руки, исчезла сама собой. Столь же незаметно исчезла гипертония: просто погода перестала интересовать, и обычный ритуал разглядывания природы за окном на предмет ее дурного влияния добровольно отпал. Вообще в лечении льдом на Фэн-фу гипертонии и гипотонии предвижу массовый успех, среди моих родных и знакомых он пока дает 100%  результат. А это значит, что с помощью льда очищается от ржавчины и смазывается тот манометр, что стоит в продолговатом мозге и в чьи обязанности входит привод внутреннего давления в соответствие с внешним.

Поменялось, и теперь уже не только у меня одного, состояние механизма терморегуляции, расположенного в таламусе. Даже теплая вода стала раздражать (пришлось бросить бассейн) и все менее безумной кажется мысль о моржевании. Холодный душ стал настоятельной, ежедневной потребностью. Перестал носить шапку даже при -30 градусов и, честно говоря, не знаю, какой должен быть холод, чтоб я ее надел.

На таламус, скорее всего, следует списать и заметное повышение болевого порога, образование некой толстокожести. Случилось так, что проблема с зубами у нас с мамой возникла одновременно и, поскольку оба ставили лед, одинаковой и одинаково новой оказалась реакция. Маму поразила собственная бестрепетность при лечении, у меня же было еще интересней. Заболел зуб, но заболел как-то вяло, нехотя, и, по российской привычке доводить все до крайности, я, конечно, к врачу не пошел, стал ждать флюса или невыносимой боли. Но ни того, ни другого не дождался, слабые болезненные ощущения, которые даже не понадобилось давить анальгетиками, прошли сами собой, и именно это обстоятельство вызвало  наибольшее  беспокойство, заставившее пойти к врачу. Там-то и обнаружилось, что зубной нерв мертв и что погибал он, судя по слабости болевых ощущений, под каким-то внутренним наркозом. А изнутри, кроме как из таламуса, наркозу взяться неоткуда.

На топографической карте мозга у памяти нет определенного места, она представляет собой некую сетку, наброшенную на мозг в целом. Поэтому произошедшее с памятью трудно отнести на счет прямого воздействия льда. Но если учесть, что лед мог совершенно прямо действовать на ретикулярную формацию, управляющую мозговым кровоснабжением, то очевидные изменения в механизме памяти не покажутся парадоксальными. От природы отличаясь весьма неплохой памятью, я за последние годы стал замечать по этой линии очевидные нелады: провалы и усиливающиеся трудности с запоминанием. Сейчас - обратная картина. Не просто пожаловаться на память не могу. Стал без всякого внешнего понуждения учить стихи. За поездку в метро могу выучить небольшое стихотворение. Начал даже составлять в уме антологию “Поэзия ХIХ-ХХ веков об античности”.

Из произошедшего с моей памятью можно сделать несколько далеко идущих выводов. Память поддается восстановлению и не просто, а восстановима по тем же самым каналам, по каким действовала прежде. Картина складывается такая: в результате нарушения кровоснабжения мозга начинает  разрушаться питаемая кровью миелиновая оболочка переходников между нейронами (аксонов), нейронная  цепочка  обнажается, и, посланный по ней, сигнал затухает, не доходя до складских помещений памяти. Если же нормальное кровоснабжение восстанавливается, то восстанавливается и миелиновая оболочка нейронной цепи, удерживающая в нем сигнал, извлекающий воспоминания. Например, моя мама обнаружила у себя восстановление памяти после процедур на Фэн-фу совершенно случайно: перебирала старые фотографии, нашла фотографию своего выпускного класса и вдруг, все ее давно забытые однокашницы обрели имена, характеры, приметы.

Желудок расположен от Фэн-фу еще дальше, чем память, но с ним у меня приключилась не менее занятная метаморфоза. Как уже рассказывалось, одной из первых реакций на лед явился зверский аппетит, и так как я к тому времени находился на ранней стадии дистрофии, что обыкновенно среди алкоголиков, то застолье стало одним из главных удовольствий первых дней выздравления. Пока, на первых порах отъедаясь, обрастал мясом - все было нормально. Но, вернув классический вес своей молодости, я с чего-то решил, что этого мало и мне нужна такая масса как на статуе Праксителя. Стал сознательно закармливать себя, и довел дело до того, что после обеда майка на животе начала топорщиться. Но не это испугало. Испугало то, что обед напрочь отбивал память, забывал стихи, твердо державшиеся в голове перед обедом. Стала мучить изжога, и тяжесть в животе, не оставлявшая часами, начала  сильно раздражать. Стала исчезать из души привычная полуулыбка, и благодарственная молитва перед сном также куда-то пропала. Но однажды утром  произошло нечто ужасное - я опять проснулся  стариком. Панику, которую вызвало это ощущение не передать словами. Но что делать? И уже скорее подсознание, чем сознание подсказало: корень зла в неверном питании.

По счастью, к тому моменту, когда стало делаться плохо и душевно, и физически от слишком обильных трапез, я уже знал, что контроль за обменом веществ находится в хорошо знакомой нам точке - гипоталамусе. Полностью довериться организму мешала одна, неверная, как выяснилось, мысль, что природа, понадеявшись на свою естественную скудность, просто не заложила какого-либо механизма, ограничивающего человека в еде, кроме как объемом желудка. Прозрение пришло со стороны. Позвонившие с дачи родители в очередной раз пожаловались, что внук, мой 13-летний сын очень плохо, на их взгляд, ест. Когда же я спросил: сказывается ли это обстоятельство на его поведении, делает ли его вялым, тугодумающим, ленивым - то получил отрицательный ответ. Надо добавить, что и сам я замечал за сыном определенные странности во вкусах: маленькие объемы потребляемого, избирательность и органическую тягу к вегетарианству. После сопоставления всех этих фактов пришло озарение. Гемодинамика Фэн-фу сделала меня с сыном физиологическими ровесниками, и тот тормоз пищеварения, что работал в нем, вновь заработал во мне, изжогами и плохим состоянием заставляя ограничивать и делать избирательней питание.

Не стану прикидываться и делать вид, что был прежде совершенно невинным по части существующих систем лечебного питания. Наоборот, знал и пробовал по этой части довольно много. Но в данном случае решил  наплевать на все умозрительные теории и целиком отдаться инстинкту. Во-первых, когда мне есть, я стал спрашивать не у часов, не у глаз, постоянно застревавших на аппетитно выглядящих продуктах, а  у самого желудка. Я ел только тогда, когда он недвусмысленно заявлял о своей потребности. Во-вторых, стал есть только вкусное, то, что находил таковым в каждый отдельный момент, и потому стал получать удовольствие от еды и незаметно для себя это удовольствие растягивать, прежде всего, долго и тщательно жуя. Так, сама собой подтвердилась старая йоговская истина, что каждый кусочек должен быть прожеван 30 раз. Я себя счетом не утруждал и уверен, что близко к такой цифре не был, но пища текла, а не падала в желудок - это точно.

С легким сердцем оставив мечту стать статуей Праксителя, я резко ограничил объем съедаемого. Результат не замедлил сказаться: вернулась и прекрасная память, и превосходное настроение, я снова стал засыпать со словами “Господи! Как хорошо!” Из сказанного не следует, что я завязал желудок узлом. Просто тяжесть в желудке перестала быть мерилом удовольствия от еды. Удовольствием стал сам процесс, легкое дыхание и ощущение бодрости, энергии, силы и стройности, с каким встаешь из-за стола. Со временем у меня образовалось что-то вроде системы тестов на реальный объем съеденного и качество его поедания. Поскольку я теперь твердо знаю, где находятся разум и душа - они в желудке, то умственным и душевным состоянием и меряю трапезу. Если встав из-за стола, я могу без провалов в памяти восстановить одно из наиболее длинных из известных мне стихотворений, значит обед был превосходным, если же нет - следующее застолье нужно сколь возможно отдалить. Сходный тест на эмоцию: если засыпаю с благодарственной молитвой - ел как надо, если молиться не тянет, но на душе покой - слегка переел, если настроение муторное и тревожное - явный перебор, и наказание не замедлит: тяжелые, пугающие сны и пробуждение больного, старого человека.

О качественной стороне долго распространяться   не буду, она зависит от финансовых возможностей. Но замечу, что сократив объем потребления вчетверо против прежнего, можно есть вдвое дороже и качественней продукты, тратя на питание вдвое меньше. Такая простая арифметика. Обычный мой график питания выглядит следующим образом: завтрак отсутствует вовсе, есть только чашечка кофе; обед из одной закуски и одного блюда, с непременным часовым отдыхом (сиестой) после него; очень легкий ужин (рыба, творог), как минимум за три часа до сна.

Столь многословно распространяться на гастрономические темы не  было бы нужды, если бы не предчувствие, что лед на Фэн-фу, омолодив участок мозга, отвечающий за обмен веществ, поставив под контроль аппетит, просто потащит читателя путем, автором этих строк уже пройденным. Поэтому, думаю, нет резона заново торить уже проторенную дорогу.

Двигаясь после желудка ниже и дальше от Фэн-фу - к кишечнику, не могу не упомянуть, что вторым, после мгновенного исцеления от алкоголизма, потрясением для меня были перемены в работе выделительной системы. Произошли они, и заметил я их далеко не сразу. Прошло как минимум полгода, прежде чем с опозданием, как все хорошее, стал я замечать совершенную беспроблемность работы кишечника. Признаться, явной патологии я в работе своих кишок не находил, но как всякий поживший человек туалет к местам радостным не относил и, отправляясь туда, захватывал с собой какое-нибудь чтиво, наперед не представляя, что меня ждет. Ясно только что ничего хорошего.

Суть произошедших  перемен заключалась в том, что я перестал брать с собой чтиво и вообще начал проделывать эту процедуру, как птичка, на лету. Видимо, была доля истины в зависти Ильи Мечникова к кишечнику попугая. Действительно, такие вещи очень хорошо делать по-птичьи, мимоходом и бессознательно. Заранее извиняясь за физиологические подробности, не могу не сказать, что аналогию с пернатыми  усугубляло то обстоятельство, что позыв возникал почти сразу же вслед застолью, т.е. никаких задержек между  началом пищеварения и избавлением от его отходов не было, один процесс прямо подталкивал следующий. Наконец, добивало меня то, что, каждый раз, независимо от состава пищи, я видел , оглядываясь на содеянное, всегда одну и ту же по цвету и консистенции картину, картину, хорошо знакомую мне по подгузникам моих детей. Все в точности совпадало. Читателю, пережившему радости отцовства и материнства, нетрудно представить себе. как выглядит регулярно зримое моими очами, хотя, конечно, поверить трудно. И, тем не менее, это так.

Не только кишечник, но вся выделительная система пережила какую-то странную и приятную метаморфозу.  Складывается впечатление, что в разы уменьшилась пахучесть и объем выделений. Во всяком случае, сейчас могу неделями не менять носок, вовсе не доводя их до классического мужского состояния, когда носки начинают прилипать к потолку.

Обозревая результаты прошедшего с начала эксперимента гемодинамики Фэн-фу года, хочется по поводу улучшения психического состояния добавить такие выразительные наблюдения. Один первоклассный хиромант нагадал мне 75 лет жизни, и у меня были особые причины свято в эту цифру уверовать. Хотя уже к 45-летию было полной загадкой, - на каких зубах тащиться до предсказанного юбилея. Все переменил лед на Фэн-фу. Вера в прежнее предсказание исчезла, и на место  цифры в 75 неизвестно откуда приплыла цифра 120, подкрепленная абсолютной верой в ее истинность. Позднее, из стороннего источника выяснилось, что в китайской медицине господствует представление о 120-летней потенции человеческого организма, возраст этот, между прочим, называется у китайцев “небесным”.

На цифре 120, однако, мои временные ощущения и переживания не остановились. По мере того как оживало и молодело тело, вопрос о дате грядущей кончины просто перестал волновать, и в душе тихо, спокойно, уверенно расположилось ощущение своего бессмертия. Читатель сколько угодно может иронизировать по поводу такого рода самообольщения, но это чувство живет во мне ни как вечно колеблемая религиозная вера, плод внушения и самовнушения, а как необсуждаемый по своей очевидности факт.

Кроме всего прочего, возникают в этой связи любопытные психологические наблюдения. История знала и знает немало случаев, когда человек обретал статус бога (римские императоры), что накладывало на его поведение и психику определенный отпечаток. Например, когда к императору Калигуле прибыла делегация евреев и стала рассказывать, как в Иудее молятся за него и приносят за него жертвы, Калигула обиделся. “Вы приносите за меня (человека)  жертвы, а должны приносить их мне (богу)”,- сердито поправил иудеев император. Таковы бывают психологические извивы, вызванные попытками придать своей фигуре нечеловеческий статус.

Однако, кажется, никто, даже из тех, кто объявлял себя богом, не самообольщался до веры в свое  земное бессмертие. Я первый, и наблюдения с этим обстоятельством связанные, думаю, представляют для науки значительный интерес. А наблюдается следующее: оказывается смертный человек  удивительно много думает о смерти, она незримо овевает своим крылом всю его жизнь и планы. Именно предчувствие неминуемой кончины делает нас такими суетными, нервозными и жадными до жизни. И кто бы знал, какой негой, покоем и сладкой ленью объята душа бессмертного человека. К будущему вообще утрачивается интерес, да и думать о том, чего не меряно, кажется, нет резона. Конечно, холодным рассудком легко вычисляется, что все, кроме Бога, смертно: вселенная, природа, человек. Что кроме болезней есть еще несчастные случаи, от которых не убережешься и что какая-нибудь из катастроф просто по закону больших чисел должна тебя настигнуть. Однако эта перспектива грядущей гибели так  зыбка, неопределенна, непредсказуема, что не воспринимается как реальность, не вторгается в жизнь и не откладывается на психике. Подлинный олимпийский покой воцаряется в душе бессмертного, и оказывается, что на сон, ковыряние в носу и милосердие всегда есть время. Вообще времени начинает хватать на все, жизнь утрачивает привычный цейтнот, что банально звучит для умозрения, но как данная в ощущениях реальность выглядит свежо и неожиданно. У Марселя Пруста есть прелестное наблюдении о том, как чудно преображается мир стоит только заткнуть уши. Сходное чудное преображение переживает мир и время в глазах обретшего бессмертие человека.

Но не в перспективе жизни вечной - главная сладость моего сегодняшнего существования. Вспомним миф об Эндимионе, бессмертие - ценность, когда оно молодо. Так вот, прежде чем время для меня остановилось, оно откатилось назад. Я знаю, что молод, что мне не пятый десяток, а - второй. ЗНАЮ. Я с ровесниками по паспорту и даже людьми много моложе меня разговариваю с неким, если так можно выразиться, “внутренним щенячьим приседанием”, как бы признавая их старшинство и на равных чувствую себя только со сверстниками дочери.

Сказанное не плод самовнушения, я знаю, что такое стареть не только телом, но и душей. В жизни каждого человека есть период, который греки называли “акмэ”, период зрелости, полноты душевных, телесных и умственных сил. Финал его обычно приходится на 35-40 лет, и с этого момента начинается закат человеческой жизни, что отчасти подтверждает прежнее предположение о 40-50-летнем природном ресурсе человека. Конец акмэ - это климакс личности, когда линия жизни, прежде с большим или меньшим постоянством двигавшаяся вверх, внезапно переламывается и медленно. но неумолимо начинает катиться вниз. Пришло время и заставило расстаться с акмэ и меня, как всякого другого смертного. Поэтому прежде, чем заняться гемодинамикой Фэн-фу, я уже до тонкостей знал, что такое старость, что такое, сьезжая в могилу, чувствовать как по капле теряются физические, умственные, душевные и нравственные силы. И именно это ясное знание о старости позволяет мне с полной уверенностью говорить о чудесном возвращении в акмэ, в пору высшего расцвета личности.

Я здоров, как бык, бесстрашен в трате сил, дьвольски умен, все могу, все знаю и опытен, как сотня стариков. Я -снова в акмэ. Я знаю, что буду жить в нем всегда, нужно только время от времени пропускать обед с ужином и ставить на затылок кусочек льда.

 

ПЬЯНСТВО, УСТАЛОСТЬ, ПЕЧАЛЬ И ДРУГИЕ ЭНДОКРИННЫЕ ЗАБОЛЕВАНИЯ

                         “Не тверди мне больному с похмелья: ”Не пей!”

                          Все равно я лекарство приму, хоть убей!

                          Нету лучшего средства от горестей мира _

                          Виноградною кровью лечусь от скорбей.”

                                                                   Омар Хайям

 

Пьянство - это болезнь. Говорю так с полной уверенностью, потому что считаю себя первым, реально исцелившимся от этой заразы. Особую уверенность придает мне то обстоятельство, что, испытав множество способов, вплоть до стационарного лечения в наркологии института Сербского, могу считать себя асом в этой специфической сфере. Так вот я - первый, не потому что, сильно пив, теперь не пью, а потому что далось мне это исцеление без всяких усилий и по сей день меня ничего не держит:  ни стыд, ни воля, ни страх - ничего. Я первый не пью просто потому, что не хочется, и в этом коренное мое отличие от всех других ныне трезвых, бывших алкоголиков, стыдом, волевым усилием или ужасом перед последствиями давящих в себе постоянную мечту о выпивке.

Пьянство - это болезнь, и можно даже определенно сказать какая: это эндокринное заболевание. Не претендуя на универсальность подхода к проблеме алкоголизма, ведь медики насчитывают более двух десятков разновидностей этого заболевания, все-таки с большой долей уверенности скажу, что основную массу закоренелых пьяниц составляют люди, мучающиеся недостатком определенных гормонов, вырабатываемых гипофизом. То есть алкоголики - те же диабетики, разница лишь в железах и в гормонах, железами недодаваемых. В качестве виновника беды, заставляющего испытывать алкогольную жажду, чаще других указывают на эндорфин. История  обнаружения этого гормона тесно связана с историей исследования опиатов. В начале 70-ых годов было обнаружено, что клетки головного мозга имеют рецепторы, связывающие морфин, и только в таком связанном виде он становится активным. Предполагать, что мозг специально заготовил  такого рода рецепторы под столь редкий ингредиент как морфин, не было оснований. Поэтому возникло подозрение, что функция этих рецепторов состояла в связывании не морфина, а какого-то сходного с ним вещества, вырабатываемого самим организмом. Вскоре такое вещество было найдено и получило название “эндорфин" (букв. “внутренний морфин”).

Ученые относят эндорфин к анальгетикам, т.е. болеутоляющим средствам, но гораздо важнее его роль в деле эмоционального регулирования. Журналисты называют эндорфин “гормоном счастья”, приходилось слышать даже об “экстазах”, якобы вызываемых им. Но все это обычное художественное преувеличение. Много раз пытался создать сверхдавление на гипофиз: становился на голову со льдом на Фэн-фу, массировал эту точку до ломоты в пальцах, давил акустикой, подвязывал сухой лед и  магниты - все напрасно. Ни счастья, ни опьянения, ни экстаза не дает эндорфин, не дает ничего, что искажало бы мировосприятие, делало бы его неадекватным. Налитый до середины стакан, так и остается после льда  на Фэн-фу налитым до середины, только до того он наполовину пуст, а после - наполовину полон.

Покой-ровность-внутренняя полуулыбка - максимум того, что может создать в душе эндорфин. Мне это состояние не с чем сравнить, но одна моя знакомая, после льда на Фэн-фу, сказала, что второй раз в жизни испытала такой покой, первый же раз - после косяка марихуаны. Но в отличие от наркотиков эндорфин универсален: он успокаивает при перевозбуждении, тонизирует в случае душевного упадка, но никогда не выводит человека за черту адекватного восприятия действительности, наоборот, возвращает всякого за эту черту, в пределы эмоциональной нормы. Он - гирька, которую организм бросает по потребности на чашу эмоциональных весов, стараясь держать их на одной линии. При этом феномен эндорфинного вливания не имеет ничего общего с отупением и апатией, вызываемых всякого рода психотропными средствами. Покой и ровность душевных состояний после льда на Фэн-фу активны и кристально чисты в своем восприятии. Эндорфин не мешает нормальной эмоциональной реакции на действительность, просто, при его достатке, не ждешь от жизни ничего плохого, а, случись оно, не жуешь мучительно и долго случившееся.

Практически эндорфин дает именно то, что и тащит пьяницу к бутылке: бодрость, покой, легкость, силу - потому так правдоподобно выглядит теория эндорфинного происхождения алкоголизма. Вместе с тем, было бы глупо отрицать наличия у этого зла социальных корней. Однако и здесь не все так однозначно, как принято думать. В самом факте винопития не было бы большой беды, если бы ни три смертных греха, изначала присущих спиртному. Во-первых, как всякий суррогат, алкоголь - лишь пародия на эндорфин, и психическое состояние, с его помощью достигаемое, столь же пародийно к нормальной бодрости и чистоте души. Во-вторых, та корявая алкогольная отмычка, с которой лезем мы в рецепторы своего головного мозга, корежит их нежные окончания, перестраивая метаболический процесс, нарушая органические физиологические функции. Наконец, бутылка, подменяя гипофиз, просто оставляет его без работы, и он, ленивый, как весь наш организм, постепенно атрофируется, чем дальше, тем больше перекладывая на бутылку, свои не только праздничные или экстремальные, но и повседневные заботы. Так из первой юношеской рюмки с годами вырастают месячные запои. То есть, главное зло не в вине, а в том гибельном комфорте, которое оно создает для гипофиза.

В этой связи нельзя не признать золотым спартанское правило, разрешающее пить вино только старикам. Вообще большой удачей древности можно считать то, что, вопреки распространенным заблуждениям,  тогда пили мало. Переводить и без того дефицитные продукты питания на алкоголь не было резона. Кроме того, отсутствовали технологии, позволявшие с легкостью изготовлять убойное, во много десятков градусов зелье. Поэтому в старину пили мало, легко по градусу и по большей части в ритуальных целях, приблизительно так, как по сей день пьют азиаты. Трагедией можно считать для современных жителей севера доступность и убойность спиртного. С одной стороны, мы не утратили ритуально-культовое, жадное отношение к алкоголю наших предков, а с другой стороны, ныне отсутствуют какие-то ни было естественные ограничения для утоления этой сверхценностной шаманской жажды.

Обобщая сказанное, остается дать несколько хороших советов по потреблению спиртного, нереальных и бесполезных, как всякие хорошие советы. И все-таки. Во-первых, без нужды и искренней тяги не пейте сами и не принуждайте к тому окружающих, особенно детей. Помните зло, сидящее в вине обязательно отзовется, не обязательно похмельем,  но точно отзовется гораздо горшим эхом - ленью гипофиза, т.е. душевной слабостью, раздражительностью, скукой, печалью, беспричинной тоской. Во-вторых, не ставьте лед на Фэн-фу с пьяных глаз - это бесполезно, рецепторы мозга уже забиты в этой ситуации суррогатом, а жизнь эндорфина так коротка, что дожить до момента  возникновения реальной в нем потребности он просто не успевает. С похмелья же лед ставить можно и нужно, некоторые мои знакомые только для этой цели и держат в холодильнике лед. В-третьих, если вы регулярно практикуете гемодинамику Фэн-фу, и обстоятельства все-таки принуждают вас взяться за рюмку, имейте в виду, хмель будет непривычно сильным, тяжелым и продолжительным. Бывало уже несколько случаев, когда люди с трех рюмок упивались в стельку, до полного беспамятства, с хмелем, державшимся почти сутки. Короче, гемодинамика Фэн-фу омолаживает мозг и реакция на алкоголь его может быть соответствующей, детской, поэтому уж коль обстоятельства принуждают, обычную свою дозу лучше как минимум ополовинить.

На эндокринное происхождение алкоголизма, кроме всего прочего, указывает еще и то обстоятельство, что после 40 лет трезвенники зачастую в физическом и душевном состоянии выглядят не лучше пьяниц. То есть, болеют все одинаково, лечатся - по-разному. И если, зарывшись в специальную литературу, попытаться отыскать единый источник всех этих бед, то статистика частоты упоминаний сама назовет имя виновника - связка гипоталамус-гипофиз, гипоталамогипофизная система. Формально эта связка числится за эндокринологией, но едва ли не в любом учебнике по патологии можно встретить упоминание  гипоталамуса и гипофиза либо в качестве нерадивого охранителя, либо - прямого виновника заболевания. Скажем, в качестве контролера иммунной системы гипоталамус ответственен за мутагенные процессы (рак, болезнь Альцгеймера) и за вирусные заболевания, среди которых все чаще называется все тот же рак и такие новые, почти экзотические болезни как, например, синдром хронической усталости, связываемый с действием вируса Эпштейна-Барра.

 

Диагноз “синдром хронической усталости” в одной Германии поставлен 1,5 миллиону человек. У нас такой диагноз еще редок, но коль назвать симптомы болезни, она многим покажется до боли знакомой. Если больше полугода вас даже очень длительный сон и отдых не освежают, вы чувствуете себя разбитым, снижаются способности к сосредоточению, чахнет память, мучают простуды и аллергии - это синдром хронической усталости. Хотя данную болезнь приписывают действию вируса Эпштейна-Барра  и гипоталамус, как контролер иммунной системы, оказывается причастным к ней лишь косвенно, достаточно взять описание “гипоталамического синдрома” или “гипоталамической астении”, чтобы имя виновника  всех бед было названо прямо. Здесь я должен извиниться за пространность цитации, но она необходима, так как едва ли не всякий, переваливший через золотую пору акмэ, узнает в этом описании собственные недуги: ”Частота различных патогенетических  влияний, которым подвергается на протяжении жизни гипоталамическая область любого человека, настолько велика, что речь идет чаще всего о  полиэтиологическом характере страдания...

Именно астеноадинамический синдром (слабость и разбитость, повышенная утомляемость и ухудшение самочувствия, раздражительность и эмоциональная лабильность с психастеническими явлениями) оказывается наиболее стойким и постоянным при гипоталамической дисфункции любого происхождения... трудно найти какую-либо функцию организма, не связанную прямо или косвенно с гипоталамусом...

Клиническая картина гипоталамических кризов определяется прежде всего нарастающим чувством какого-то внутреннего возбуждения ,беспокойства, “волнения в организме” (ощущение надвигающейся соматической катастрофы, когда “внутри разрывается все от страха и тоски”)... пациенты находятся как бы в “состоянии  полусна” и сознают только одно, что их постигла какая-то внезапная и совершенно нестерпимая боль, что “больно везде: мозг горит, сердце рвется, спину переломило. И надо куда-то бежать, о чем-то взывать - и все это в такие минуты, когда рассудок отказывается действовать, когда колеблющиеся ноги не могут выносить тяжести вдруг осевшего тела, когда с каждым шагом кажется, что проваливаешься в бездну”. Никакой самый тягостный постоянный симптом не вносит такого диссонанса в самочувствие и душевную жизнь больного, как гипоталамические пароксизмы, - один-два таких приступа с сердечно-сосудистыми нарушениями способны полностью переменить все взгляды, привычки и жизненный уклад человека.” Настоящая цитата взята из книги, посвященной психосоматическим заболеваниям. то есть, таким заболеваниям. где телесные недуги - лишь отражение недугов эмоциональных. И вывод из всего сказанного сделать нетрудно: не только пьянство, но и усталость, тоска, слабость, раздражительность, печаль, беспричинные страхи - суть эндокринные заболевания, результат дисфункции гипоталамогипофизной системы, нежелающей вырабатывать в достаточном количестве некоторые гормоны эмоционального ряда и прежде всего - эндорфин.

Нельзя сказать, что медицина не пытается как-то восполнить этот пробел. Делались попытки синтеза менее вредных опиатов, нежели морфин; химиков не оставляет надежда синтезировать в чистом виде сам эндорфин. Однако попытки такого рода малоперспективны, потому что, с одной стороны, им, как всякому наркотику, сопутствует привыкание и зависимость, а с другой стороны, подобно человеческим органам, гормоны имею чисто индивидуальные черты, и история инъекций синтетических гормонов на примере инсулина демонстрирует ту же, что и при имплантации органов, реакцию отторжения.

Интересней в данном отношении два других пути, по которым пошла наука в поисках мобилизации внутренних  ресурсов самого организма. Один из них - аутогенная тренировка счастья, когда удрученных, недовольных собой и жизнью людей обучают психологической эндорфинной самонакачке с помощью длительных улыбок перед зеркалом, обмена хорошими новостями, приемов извлечения удовольствий из мелочей жизни и т.д. Другой путь - медикаментозный: в Америке был создан препарат, который наоборот вымывает из крови последние остатки эндорфина и тем подхлестывает гипофиз на усиленную выработку нового. Сейчас этим препаратом пользуется уже несколько миллионов американцев, и, говорят, люди на него “садятся, как на иглу”, т.е. с полной пожизненной зависимостью. Должен в этом месте от себя добавить, что на лед при гемодинамике  Фэн-фу тоже садишься, как на иглу. Хотя после длительных процедур эффект воздействия слабеет, все, кто делал их регулярно, продолжают ставить лед, потому что те 0,5% ясности в голове, хорошего настроения и бодрости, которые дает лед даже спустя значительное время, вполне достаточно, чтобы полноценно и в удовольствие прожить день. Преимущество же льда  над другими методами (всяк кулик свое болото хвалит) лежит на поверхности: быстродействие, безопасность, бесплатность, доступность.

Особенно благотворен лед на Фэн-фу с точки зрения эмоциональной регуляции при стрессах. Моя собственная жизнь и жизнь родни, к сожалению, постоянно предоставляет для экспериментов в таком роде обширнейшее поле деятельности. Приведу совсем свежий пример. Патологическим страхом перед экзаменами наделила природа мою дочь. И в этот раз за сутки до экзамена у нее зуб на зуб не попадал. Уговорил поставить лед. Он еще не успел растаять, как дочь сменила смысл и тон своих речей: вместо рассказа об ужасах предмета и монстрах-преподавателях, я услышал, что ей все пополам и не хочется только получать геморрой в виде переэкзаменовки и так дальше, в том же духе. Вскорости учебник  выпал из ее рук, и она завалилась спать. Назавтра выяснилось, что  дочь сдала экзамен на 4, лучшая подруга - на 3, и я не преминул заметить по этому поводу, что лишний балл - мой.

Теперь, на новом витке разговора подытожить сказанное можно следующим образом: на свете есть одна болезнь - старость, лишь по разному отзывающаяся на физиологическом, эмоциональном и умственном уровнях человеческого существа. Рак, печаль, маразм и потливость ног - лишь разные проявления этого недуга. А “старость - это болезнь, которую надо лечить, как  и всякую другую,” - говорил Мечников, и к словам основателя геронтологии требуется лишь одно замечание: не толстая кишка - источник человеческого старения, а  - гипоталамогипофизная система. То есть, старость - это эндокринное заболевание, а все остальные “болезни” - лишь ее многоликие следствия.

Но можно ли считать дисфункцию связки гипоталамус-гипофиз и вызванную ею старость плодом генетического предопределения? Думается, что нет. Источник беды видится в том голоде, на который хронически обрекает  связку гипоталамус-гипофиз наша кровеносная система. В свою очередь и у этого явления есть свои причины, их две: органическая и социальная.

Одной из самых больших удач медицины последних лет можно считать, официальное признание давнего предположения, что человек заболевает задолго до того, когда недуг обретает клинический вид и что значительная часть наших заболеваний восходит к подростковому периоду. Например, атеросклероз, самый страшный из людских недугов (инфаркт, инсульт и т.д.), как теперь признано, начинается не после 40 лет, когда, наросшие на стенки сосудов разного рода сталактиты, сужают кровоток, а гораздо раньше, около 20, когда стенки сосудов начинают уплотняться, год от года теряя эластичность.

Медики единогласны не только в том, что подростковый период - самый драматичный в жизни человека, но и в том, что основной удар приходится на сердечно-сосудистую систему. У подростка рост сердечно-сосудистой системы не поспевает за общим ростом организма. Результатом этого опоздания делается то, что сердце подростка начинает издавать так называемые “систолические шумы”, обычными делаются другие приметы сердечной дисфункции: слабость, вялость, приступы гипертонии, отдышка, приглушение тонов сердца. Однако самое печальное, что и с окончанием подросткового периода развитие сердечно-сосудистой системы так и останавливается, не догнав общее развитие организма. Достаточно сказать, что масса сердца ребенка, составляющая 1% от массы тела, сокращается у взрослого до 0,5%.

Мозговое  кровоснабжение также страдает при подростковой перестройке организма. В этот период случаются так называемые “ортостатические” обмороки, происходящие в результате приступов анемии мозга. С наступлением стабилизации, такого рода обмороки перестают беспокоить повзрослевшего человека, но из этого не следует, что отношения между мозгом и кровеносной системой возвращаются в детскую, безоблачную пору. Не располагая серьезной рэоэнцефалографической статистикой, все-таки можно с большой долей уверенности  сказать, что с этого времени и до смерти кровоснабжение головы отличает хроническое неблагополучие. Вывожу это из общеизвестного факта плохого состояния кожных покровов головы у взрослых. За редчайшими и очень специфическими исключениями, у всех детей нет проблем с волосами и кожа лица является, если воспользоваться косметической терминологией, “нормальной”. Половое созревание ломает эту радужную картину, заставляя волосы выпадать, а кожу делая “сухой”, “жирной” или “смешанной”, - естественно, по причине нарушения кровоснабжения головы.

Экстраполируя происходящее после полового созревания с кожных покровов головы на ее содержание, на мозг, нетрудно представить себе, что происходит у ставшего взрослым человека под черепной коробкой - то же, что и поверх нее - старение, и по той же самой причине - дисфункции кровоснабжения.

Помимо названной, органической и неистребимой причины старения мозга существует социальная, принявшая в наше время характер пандемии, причина нарушений мозгового кровоснабжения - это КОМФОРТ. О проблемах гиподинамии нынче не говорит только ленивый, однако беда комфорта гораздо масштабнее, чем это принято представлять, что последствия ее простираются много далее простой мышечной атрофии. “Пять цветов притупляют зрение. Пять звуков притупляют слух. Пять вкусовых ощущений притупляют вкус,” - писал Лао-цзы, и день за днем подтверждается справедливость этого давнего высказывания китайского мудреца. Например, у одного африканского племени, живущего в районе озера Чад, сложилась хорошая традиция экономного подхода к звуку, люди этого племени не поют даже при полевых работах; так вот, там слух даже у 90-летних стариков не хуже, чем у 20-летнего ньюйоркца. Прежде уже говорилось о гибельной комфортности современной ситуации со спиртным, когда старинная, аскетическо-ритуальная, жадно-трепетная психология соединилась с доступностью и дешевизной алкоголя.

Того же рода катастрофа, что со спиртным, произошла с едой. Прежде, в силу ее хронического недостатка, ритуальность и трепетность трапезы были явлением нормальным, здоровым. Пришедшее с ХХ веком изобилие отменило дефицит продовольствия, но психологию вечно голодного человека не отменило, и грянула катастрофа: треть американцев считает свой вес избыточным, а это значит, что на самом деле вес избыточен у двухтретей американского населения. И за такой страшной картиной - всемирное будущее.

Во-первых, нынешний едок не любит пищу и не есть ее, а уничтожает, губит, как своего личного врага. Откусив кусок поболе, он торопится проглотить его. в наивной надежде, что желудок проделает с откушенным всю необходимую работу. Но у желудка нет зубов, есть только желудочный сок, потому, чтобы выполнить работу рта, ему требуется много больше времени и сил, почерпнутых из крови. Проще говоря, человек перестает есть не тогда, когда он встает из-за стола, а много часов спустя. И тем дольше не кончается его трапеза, чем  меньше он жует. А в свою очередь только завершение процесса пищеварения, предполагает полнокровный, в буквальном смысле этого слова, труд. Таким образом, старые истины, что, на охоту едучи, собак кормить не следует, что только голодный художник - подлинный творец, находят в физиологии безукоризненное подтверждение.

Во-вторых, сейчас паталогическо-трагические размеры принял объем съедаемого. Те из читателей, у кого есть старинные деревенские корни, могли слышать, как до невероятия скудно, но при этом странно беспроблемно питались их предки, крестьяне. Для тех же, кто не слышал такого рода историй, напомню, что дневной рацион спартанца, лучшего воина всех времен и народов, состоял из пригоршни фиников. Стоит ли объяснять, как разительно в ХХ веке переменилась картина? Наш современник живет как римский патриций, сведя к минимуму энергетические затраты и с вечно полным животом. Объем забрасываемого в желудок таков, что он работает только на себя, тратя добытую в результате переваривания  энергию на переваривание же.

Если же учесть. что русский человек ест три раза в день и без двух первых и трех вторых обедать не садится, и что процесс переваривания отнимает от 3 до 8 часов, то можно сказать: за вычетом сна, мы беспрестанно едим, хронически удерживая близь желудка весь насущный ресурс крови, потребный для работы ума и души. Удивительно ли после этого, что мы так бестолковы и бесчувственны? Каждый лишний кусок делает нас глупее, черствее, слабее, печальнее, старше и с этим, как с любым законом физиологии, ничего не поделаешь. Вспомним, что испытывает наевшийся до отвала человек, кроме тяжести в животе: мыслей никаких, эмоций тоже, ни говорить, ни двигаться не хочется, вздохнуть тяжело, взгляд осоловелый, тупой, неподвижный. А все от того, что кровь ушла к желудку, и взгляд осоловелый, неподвижный - потому же - кровь покинула даже глазные мышцы. Разум (кора мозга) и душа (гипофиз) страдают на почве нашей российской прожорливости не меньше глаз, и потому, очевидно, мы живем в такой стране, в какой живем.

Напомню лишний раз, в связи с предметом разговора, разительный факт нашей физиологии: протяженность кровеносной системы составляет 100 000 километров, для ее полноценного и одновременного орошения требуется 200 000 литров крови, тогда как ее у нас только 5 литров, т.е. грубо говоря, кровеносная система человека заполнена  на 1/40000 ее  потенциального объема. Поэтому история жизни нашего тела представляет собой историю бешенной конкурентной борьбы разных органов за этот мизерный ресурс. Из данного выразительного факта легко сделать банальный и вечно оригинальный вывод: дольше и плодотворнее живет тот, кто ест мало, разнообразней и интересней живет, не делая при этом двух дел одновременно.

Последнее правило приложимо не только к тому простому житейскому наблюдению, что полный желудок плохо сочетается с сексом, но на бессознательном уровне действует гораздо шире. Например, давно замечено, что дети и животные во время болезни перестают есть. Толковался этот факт обычно бытовой мудростью, что, мол, есть во время болезни - это кормить болезнь. Но на самом деле в самом истощенном организме любому вирусу еды хватает. Феномен добровольного голодания в другом: во время болезни питаясь, организм должен делать два дела сразу - бороться с болезнью и переваривать пищу, т.е. за ресурс крови конкурируют две системы: иммунная и пищеварительная - и организм животных и детей, обычно еще не испорченный жадно-ритуальным отношением к еде, отдает все силы иммунной системе, отключая желудок. Отсюда вывод: заболев, почувствовав недомогание, откажитесь от пищи, отдав тем самым всю энергию организма его защитному механизму. И не бойтесь, до 5 дней голодание любому человеку любой комплекции не причинит никакого вреда.

Еще один вывод из того малоприятного, но очевидного факта, что организм хорошо два дела  делать не в состоянии, относится к истории моего самоисцеления и принципам гемодинамики Фэн-фу вообще. Как всякому пьющему человеку, мне себя баловать разнообразием и обилием блюд не приходилось. Проще говоря, не ел почти ничего и к моменту открытия находился на ранней стадии дистрофии, что довольно обычно для больных алкоголизмом. Однако нет худа без добра, желудок мой не только не лишал другие органы их законной доли крови, но конкурентоспособность его постоянно падала, неуклонно катясь к нулю. Поэтому первые вспрыски крови в мозг при гемодинамике Фэн-фу и возымели, думаю, такое  чудесное, магическое действие, что за крошечный ресурс крови с мозгом в тот момент  бороться было некому. Их производными и стали те крайности вроде танцевального марафона и алкоголефобии, что переживались в первые дни процедур. Но, как уже рассказывалось, одной из первых реакций на лед явился зверский аппетит, и удовлетворение его увело кровь к желудку, погасив эйфорию первых дней.

Отсюда несколько интересных выводов. Во-первых, те, из читателей, что не страдают дистрофией и лечебным голоданием не занимаются, питаются обильно и регулярно, пусть не рассчитывают на какие-либо острые, яркие переживания, описанные выше. Во-вторых, эффект вообще не поддается прогнозированию, так как целиком зависит от объема, качества, характера пищи и способности организма к ее усвоению. Наконец, вспомним старый йоговский афоризм: ”Человек питается не тем, что он есть, а что усваивает.” Но как узнать, что из недавно проглоченного окажется усвоенным? Вот в чем вопрос. Процесс превращения брошенного в желудок продовольствия в расщепленные до атомов микроэлементы, питающие каждую отдельную клетку, так скрытен, тонок, индивидуален, что о полноценном знании этого процесса даже в самом отдаленном будущем говорить не приходится.

Еще одной гранью отношений между питанием и гемодинамикой Фэн-фу является проблема подкожного жирового слоя. Как уже говорилось, под Фэн-фу между кожей и мозгом ничего нет. И это - правда. Но не вся правда. Полная правда заключается в том, что обычная для мозга костная суперзащита в этом месте действительно отсутствует, но подкожный жировой слой присутствует. А если учесть, что главной задачей подкожного жира является защита организма от температурного воздействия, то вопрос толщины жирового слоя становится вровень с проблемой желудочных нагрузок - в смысле возможного эффекта от гемодинамики Фэн-фу. Естественно, чем толще слой подкожного жира, тем менее лед в состоянии провоцировать приток крови к мозгу и тем менее результативной делается процедура. Уже сейчас, оперируя лишь средними цифрами, можно сказать, что у  мужчин эффект от гемодинамики должен выглядеть весомее, нежели у женщин, так как в среднем женский жировой слой на 1/3 толще мужского. Так уж Богом положено.

                        Чтобы покончить с темой бездействия льда на Фен-фу, необходимо указать           на наличие как минимум еще одного явления, тому способствующего,  это – остеохондроз. Данное заболевание подразделяется на поясничную и шейную ее версии. Шейный остеохондроз особенно коварен и почти смертельно опасен, поэтому именно ему в контексте гимодинамики Фен-фу посвятим мы особое внимание.  Сам по себе остеохондроз  многовариантен: он может быть результатом травм позвоночника, профессиональных нагрузок, возрастных изменений в межпозвоночных дисках, их обызествления – главное, изменение в механике позвонков нижнего отдела шеи при остеохондрозе обычно плавно переходит в, так называемый, вертибрит или, говоря иначе, неврит симпатического сплетения позвоночной артерии.  Если верить “Справочнику невропатолога и психиатра”, “клиника заболевания обусловлена анатомическими особенностями: интимным отношением симпатического сплетения к позвоночной артирии, которая снабжает шейную часть позвоночника, мышцы и кожу задней поверхности шеи, твердую мозговую оболочку задней черепной ямки, мозговой ствол и мозжечок…Заболевание характеризуется приступообразными сосудитстыми расстройствами в виде боли в затылочной области, вестибулярными головокружениями, шумом и звоном в ушах. Отмечается болезненность при пальпации мышц шеи, напряжения их, ощущение болей и онемение в руках… Больные жалуются на повышенную утомляемость, снижение работоспособности, плохой сон, тошноту сердцебиение, повышенную чувствительность  к сильным звуковым и и световым раздражителям. Нередки жалобы на треск в суставах позвоночника при движении головой. Физическое и умственное напряжение, волнения, утомление способствуют возникновению описанных выше расстройств.”

  Симптоматика  такого остеохондроза-вертибрита практически полностью совпадает с положительными реакциями льда на Фэн-фу, но с прямо противоположным знаком. Сдавливание сосудов, питащих мозг, приводит к обескровливанию мозга с автоматическим ослаблением его функций: провалы в памяти, физическая слабость (мозжечек), беззащитность перед инфекциями (иммунная система), возврат тяги к спиртному у давно бросивших алкоголь людей ( спиртное – сосудорасширяющее, а прием сосудорасширяющих при остеохондрозе обычная рекомендация в медицине), угнетенное состояние ( эмоциональные отделы гипотоламо-гипофизной системы), головокружение (вестибулярный аппарат).

Упоминание в справочнике «волнений» в качестве фактора, способствующего возникновению описанного выше заболевания, намекает на еще одну составляющую, не имеющую ничего общего с механическим воздействием на сосуды и греческим словом osteon (кость). Это – стресс. Личные наблюдения и беседы со специалистами позволяют вполне серьезно говорить о стрессовой форме остеохондроза-вертибрита. Один знакомый медик, хорошо знающий предмет, рассказывал мне, что  зачастую незначительная патология в шейном отделе позвоночника, видная на рентгеновском снимке, давала чрезвычайно яркую картину симптоматики данного заболевания, равно как попадались ему прямо противоположные явления, и именно стрессовому компоненту приписывал он столь неожиданные метаморфозы. Отсюда вывод: больному остеохондрозом-вертибритом, прежде чем приступать к ледяной процедуре, следует избавиться от внешних раздражителей, сделать рентгеновский снимок, походить к мануальному терапевту или массажисту. Одним словом, всякий, кто возьмется за практику гемодинамики Фэн-фу в своих ожиданиях и прогнозах должен  фактор остеохондроза-вертибрита учитывать, равно как и все другие факторы, перечисленные прежде.

Покончив с частностями и возвращаясь с этого места к глобальной проблематике человеческой физиологии, остается констатировать факт решающей роли полового созревания и комфортности быта в процессе распада и разлада нашей в общем-то неплохо устроенной органической машины. Именно с ломки переходного периода и бестолкового изобилия жизни начинаются главные беды человеческой природы: усталость, печаль, пьянство, болезни, старение, смерть.

Что делать? Классический русский вопрос. Пожалуй, легче всего решить проблему бестолкового и гибельного комфорта. Надо только перевернуть глаза. Отказаться от дедовской психологии вечно голодного человека, ритуально жадными глазами глядящего на все что можно засунуть в рот или напялить на себя. Вопреки расхожим представлениям, здоровый образ жизни вовсе не требует суровой аскезы, доведения себя до крайнего истощения. Надо просто жить, как живет трава: без дедовских ритуальных правил и предрассудков, без убогих схем, навязанных бесконечно больными людьми - народными и антинародными целителями, без бытового тщеславия, когда образ жизни формируется не на радость себе, а на зависть соседям - этого достаточно, чтобы жизнь оказалась простой, ясной, недорогой и здоровой. В своих отношениях с организмом ничего кроме голого эгоизма не надо. Просто ставьте один единственный, но твердо и постоянно задаваемый, обращенный к организму, вопрос: ”Милый, чего ты хочешь?” И каков бы ни был ответ - следуйте ему неукоснительно. Вот и все.

Конечно, гораздо труднее решить проблему преодоления последствий ломки организма при половом созревании. Точнее, коренным образом она не решается вовсе, возвращение взрослой анатомии в детское состояние нереально даже для самого отдаленного будущего. Но сымитировать во взрослом организме  детскую систему распределения крови и тем решить проблему - это задачам по силам любому человеку. Для ее решения необходимо избегать одновременных и однобоких нагрузок на разные системы организма, т.е. существовать с часто сменяемой, последовательной и полной самоотдачей: грузить мускулы, так грузить, есть, так есть, любить, так  любить, думать, так думать... А в дополнение к думам, для улучшения мозгового кровообращения и с особым упором на питание кровью главных жизненных центров мозга (продолговатый мозг, гипоталамус-гипофиз) - ставить лед на Фэн-фу. Такого образа жизни вполне достаточно для здоровой, долгой и, может быть, бесконечной жизни. И дело теперь за подробным рецептом процедуры гемодинамики Фэн-фу в том виде, в каком ее можно производить практически в любых домашних условиях.

 

ПАМЯТКА ГЕМОДИНАМИКИ ФЭН-ФУ

 

Итак, есть три непременных и обязательных условия, при соблюдении которых гемодинамика Фэн-фу действенна: именно лед (общей площадью в 2-3 кв.см.), ставится именно на Фэн-фу (стыке затылочной кости и шеи) и именно натощак. Это тот минимум, без которого за процедуру и браться не следует. Однако помимо него существует масса мелочей, способных заметно усилить эффект.

1) Полный цикл предполагает ежедневную установку льда в течение месяца. И каждую установку предваряет заблаговременный прием набора следующих препаратов: одна таблетка Но-шпы, одна таблетка глюкозы, одно драже поливитаминов, аспирин с общим содержанием ацетилсалициловой кислоты  около 0,5 г. Если есть противопоказания: Но-шпу заменить другим сосудорасширяющим препаратом, аспирин - другим препаратом, кровь разжижающим. Смысл данного набора, думаю, стал уже читателю понятен - сколь возможно облегчить прохождение крови по капиллярам, сделав ее максимально питательной. Естественно, кроме всего прочего ставить лед необходимо в условиях предельной чистоты воздуха и пользоваться кислородной подушкой, если она не вызывает неприятных ощущений. Желательно, чтобы процедуре предшествовала гимнастика, ориентированная на шейно-грудной отдел позвоночника или сопутствовал массаж того же отдела. Лучше на протяжении всей процедуры лежать, еще более облегчая прохождение крови. Более тридцати минут держать лед на Фэн-фу нет необходимости. Крепить лед на затылке лучше эластичным бинтом, или надев лыжную шапочку. Если в конце процедуры, когда лед растаял и волосы протерты полотенцем, вы почувствуете прилив теплой волны к затылку - это очень хорошая примета бесспорной действенности процедуры.

2) Первую неделю желательно ставить лед и утром и вечером (разумеется, оба раза натощак). Связано такое пожелание  с “принципом шока”. Суть “принципа шока” хорошо знакома всякому, занимавшемуся “ боди билдингом”: серьезный рост мышечной массы возможен лишь  при условии беспощадных, шокирующих нагрузках на мышцы. Человеческий организм бывает более отзывчив на кавалерийский наскок, и этим обстоятельством необходимо воспользоваться именно в первую неделю процедур на Фэн-фу.

3)  Само собой разумеется, что на протяжении первых двух недель, есть следует только в обед и предпочтение отдавать легким, быстроусвояемым продуктам (фрукты, овощи, творог, рыба и т.д.). Пить можно без ограничений.

4) После одномесячного курса ставить лед самостоятельно, по настроению и ощущению, при болях, инфекционных заболеваниях и когда чешется затылок (Фэн-фу).

Все описанное выше желательно, но не обязательно. Непременно -  именно лед, именно на Фэн-фу, именно натощак. Такова процедура гемодинамики в ее домашней, самодеятельной версии. Эффект ее может быть усилен, но это уже в клинических условиях и в индивидуальном порядке.

Остается напоследок сказать, что противопоказаний при гемодинамике Фэн-фу не предвижу. Слышал опасения: мол, не случиться ли простуда или менингит? Опасения эти напрасны: температура таяния льда 0 градусов, т.е. выше обычной зимней температуры в России, а менингит - вообще инфекционное заболевание. Для сравнения приведу такой пример, в хирургии больных аллергией (даже детей) нередко оперируют, предварительно засунув по макушку в мешок со льдом. Исключением здесь могут стать только те, чей мозг очевидно болен, кто перенес серьезные черепно-мозговые травмы и операции (береженного Бог бережет).

Гемодинамика Фэн-фу совершенно безопасна, в худшем случае, бесполезна, и делать ее бесполезной могут либо конкуренты (наркотики, алкоголь, нейроалептики, снотворные), либо чувствительные удары по кровеносной системе (обильные трапезы, горячие ванны, большие физические нагрузки, тяжелые травмы и т.д.) Думаю еще, что эффект от гемодинамики Фэн-фу во многом будет зависеть от рода деятельности, возраста, веса и состояния сосудов, их эластичности. Сама же по себе гемодинамика абсолютно безвредна, любой кулинарный рецепт гораздо опаснее ее рецепта, потому что кулинария - это все-таки вторжение в организм, а  лед на Фэн-фу никакого вторжения в организм не производит, он просто двигает кровь в те места, где ей положено бывать, но где, по разным причинам, она давно не бывала.  Вот и все. Тысячелетняя практика китайской медицины воздействия на Фэн-фу температурой же (прижиганием) засвидетельствовала полную ее безвредность.

Не пугайте себя, не отменяйте лед на Фэн-фу при простудах и при появлении одновременно с процедурами неких болей. На счет льда следует записывать лишь то НОВОЕ, что возникает в ощущениях, а не все ощущения подряд. Хотя к месту здесь будет добавить, что по мере выздравления вполне возможны, вызванные процедурой неприятные и болезненные ощущения. Выздравление иногда бывает не менее тяжко, чем заболевание и чревато кризисами.

Генетические заболевания и необратимые травмы гемодинамике не подвластны. Она не панацея, но она - и панацея, потому что в теории способна восстанавливать, лечить и омолаживать все, что подконтрольно мозгу и питается кровоснабжением. Действие гемодинамики отличается чрезвычайной длительностью и дает о себе знать в течение года, а окончательный итог всех ее деяний может быть подведен лишь спустя 5-7 лет (полного цикла обновления клеток).

   Удачи вам! С фэнфуйным приветом!

Добавить комментарий