Одной из основных характеристик бардо является то, что они - периоды сильной неуверенности. Возьмем эту жизнь в качестве главного примера. Так же, как мир вокруг нас становится все более бурным, так и наши жизни становятся все более фрагментированными. Мы разобщены с самими собой, отделены от себя, тревожны, беспокойны и часто параноидальны. Мелкий кризис прокалывает воздушный шар замыслов, за которым мы пытаемся спрятаться. Один момент паники показывает нам, насколько все неустойчиво и ненадежно. Жизнь в современном мире является как бы отражением области бардо; не нужно умирать, чтобы испытать это.
Эта охватывающая все неуверенность становится еще более интенсивной, еще более демонстративной после того, как мы умираем, когда, как говорят нам мастера, наша ясность или запутанность "умножается семикратно".
Любой, честно смотрящий на жизнь, увидит, что мы живем в постоянном напряжении и неясности. Наши умы непрестанно переключаются между запутанностью и ясностью. Если бы только мы были в путанице постоянно - это, по крайней мере, сошло бы за какую-то ясность. Что в этой жизни действительно озадачивает, так это то, что иногда мы, несмотря на всю нашу запутанность, можем проявлять настоящую мудрость! Это показывает нам, что такое бардо: постоянное, нервирующее метание между ясностью и замешательством, смятением и прозрением, уверенностью и неуверенностью, здравым рассудком и безумием. У нас, таких, какие мы сейчас, мудрость и запутанность возникают в наших умах одновременно, или, как мы говорим, "сосуществуют". Это означает, что перед нами постоянно стоит проблема выбора, и что все зависит от того, что мы выберем.
Эта постоянная неуверенность может привести к тому, что все будет выглядеть мрачным и почти безнадежным; но если вы лучше ее рассмотрите, то увидите, что сама ее природа создает промежутки, куда постоянно втекают большие возможности для преображения, которое может произойти, если они будут замечены и использованы.
Поскольку жизнь не что иное, как вечная смена рождения, смерти и перехода, то мы испытываем бардо постоянно, и эти переживания являются основой нашего психологического склада. Однако обычно мы не замечаем бардо и промежутков в них, поскольку наш ум переходит от одной так называемой "твердой" ситуации к следующей, привычно игнорируя постоянно происходящие переходные состояния. Фактически, как помогает понять нам это учение, каждый момент нашего восприятия представляет собой бардо, поскольку каждая мысль и каждая эмоция возникает из сущности ума и в ней же затухает. Учения позволяют нам осознать, что именно в моменты сильной перемены и перехода может проявиться истинная, подобная небу, первичная природа нашего ума.
Позвольте мне привести пример. Представьте, что однажды вы приходите домой с работы и обнаруживаете, что ваша дверь сорвана и висит на одной петле. Вас ограбили. Вы входите внутрь и видите, что все, чем вы владели, исчезло. На секунду вас парализует шок, и вы в отчаянии лихорадочно пытаетесь вспомнить то, чего здесь уже нет. На вас обрушивается осознание: вы лишились всего. Затем ваш беспокойный, возбужденный ум пораженно замирает, и мысли прекращаются. И тут внезапно наступает глубокий покой, воспринимаемый почти как блаженство. Нет больше борьбы, нет усилий, потому что все это бесполезно. Вам просто приходится сдаться; у вас нет выбора. Итак, в один момент вы лишились чего-то ценного, и затем, в следующий момент, вы обнаруживаете, что ваш ум отдыхает в глубоком состоянии покоя. Если с вами такое случится, не заставляйте себя сразу же кидаться искать пути разрешения ситуации. Некоторое время побудьте в этом состоянии покоя. Позвольте ему быть промежутком. И если вы действительно задержитесь в этом промежутке, глядя внутрь собственного ума, то вы заметите проблеск бессмертной природы просветленного ума.
Чем глубже наша чувствительность и чем острее наша готовность ухватиться за поразительные возможности испытать основополагающее прозрение, которые предлагают нам такие промежутки и переходы, случающиеся в нашей жизни, тем более мы будем внутренне готовы к ним, когда они произойдут наиболее сильно и неуправляемо, после смерти.
Это чрезвычайно важно, поскольку учения о бардо говорят нам, что это такие моменты, когда ум наиболее свободен, чем обычно, моменты, наиболее сильные, чем другие, несущие наиболее мощный кармический заряд и значение. Высшим из них является момент смерти. В этот момент тело оставляется, и нам предоставляется величайшая из возможностей освобождения.
Каким бы высоким ни было наше духовное мастерство, мы ограничены телом и его кармой. Но вместе с физическим освобождением смерти приходит самая чудесная возможность достичь всего, к чему мы стремились в своей духовной практике и своей жизни. Даже для высочайшего мастера, достигшего высшего постижения, такое высшее освобождение, называемое паранирвана, наступает только при смерти. Поэтому в тибетской традиции мы не отмечаем дней рождения мастеров: мы отмечаем их смерть, момент их окончательного просветления. Во время моего детства в Тибете, и много лет спустя, я слышал рассказ за рассказом о великих духовных практиках и даже о внешне обычных йогах или простых людях, которые умирали поразительным и впечатляющим образом. Только в этот самый последний момент они наконец показывали глубину своего постижения и силу учений, воплощением которых они стали.*
* В Тибете мастера не выставляют свое сознавание напоказ. Они могут обладать огромными парапсихическими силами, но обычно не показывают этого. Это рекомендуется нашей традицией. Истинные мастера никогда, ни по какому случаю, не пользуются своими силами для самовозвеличения. Они используют их только тогда, когда знают, что они окажут другим истинную пользу; или же могут позволить нескольким из своих ближайших учеников быть свидетелями их проявления в особых обстоятельствах и в особом окружении.
Тантры Дзогчен, те древние учения, от которых произошли указания о бардо, говорят о мифической птице Гаруде, которая рождается полностью зрелой. Этот образ символизирует нашу первичную природу, которая уже целиком совершенна. Все перья в крыльях птенца Гаруды вырастают внутри яйца, но он не может полететь до того, как вылупится. Только в момент, когда лопнет скорлупа, он может вырваться наружу и взмыть в небо. Так же, как говорят нам мастера, качества будды скрыты телом, и как только тело отброшено, они сияюще проявляются.
Момент смерти предоставляет столь большую возможность потому, что именно тогда основная природа ума, Основная Светоносность или Ясный Свет, естественно проявляется и проявляется грандиозно и величественно. Учения говорят нам, что если в этот критический момент мы сможем узнать эту Основную Светоносность, то достигнем освобождения.
Однако это невозможно, если вы не ознакомитесь с природой ума и досконально не узнаете ее во время вашей жизни, посредством духовной практики. Вот почему, хотя это и довольно удивительно, в нашей традиции говорится, что человек, освобожденный в момент смерти, считается освобожденным в этой жизни, а не в одном из посмертных состояний бардо; потому что именно в течение этой жизни произошло и было упрочено существенно необходимое узнавание Ясного Света. Это чрезвычайно важно, и вам необходимо это понять.

ДРУГИЕ РЕАЛЬНОСТИ

Я сказал, что бардо являются возможностями, но что именно в бардо позволяет нам использовать те возможности, которые нам предоставляются? Ответ прост: все они являются различными состояниями и различными реальностями ума.
Обучение в традициях буддизма подготавливает нас к точному познанию, посредством медитации, различных взаимосвязанных аспектов ума, и учит умело входить в различные уровни сознания. Существует отчетливое и точное соотношение между состояниями бардо и теми уровнями сознания, которые мы переживаем в цикле жизни и смерти. И в то время, как мы перемещаемся из одного бардо в другое, как в жизни, так и в смерти, происходит соответствующее изменение сознания, с которым мы можем, посредством духовной практики, хорошо ознакомиться и, наконец, полностью его понять.
Поскольку тот процесс, что разворачивается в посмертных бардо, основан в глубинах нашего ума, он и в жизни проявляется на многих уровнях. Например, есть очень сильное соответствие между степенями тонкости сознания, через которые мы проходим во сне и при сновидениях, и тремя бардо, связанными со смертью:
* Погружение в сон сходно с бардо умирания, когда процессы и элементы мысли распадаются, открывая переживание Основной Светоносности.
* Видение сновидений сходно с бардо становления, промежуточным состоянием, в котором вы обладаете ясновидящим и очень подвижным "ментальным телом", претерпевающим всевозможные происшествия. В состоянии видения снов мы тоже обладаем сходным видом тела - телом сновидения, находясь в котором и переживаем все происшествия жизни в сновидении.
* Между бардо умирания и бардо становления лежит очень особое состояние светоносности или Ясный Свет, которое, как я уже упоминал, называется бардо дхарматы. Переживание этого происходит со всеми, но лишь очень немногие могут даже заметить, не говоря уже о том, чтобы полностью воспринять его, потому что узнать его может только тот, кто тренирован и практикует учение. Это бардо дхарматы соответствует периоду после засыпания и до начала сновидений.
Конечно, посмертные бардо являются гораздо более глубокими состояниями сознания и неизмеримо более сильными моментами, чем состояния во сне и при сновидениях, но их относительные уровни тонкости соответствуют друг другу и показывают те связи и параллели, что существуют между всеми разными уровнями сознания. Мастера часто прибегают к этому сравнению, чтобы показать, как трудно поддерживать сознавание в состояниях бардо. Многие ли из нас сознают изменение сознания, когда засыпают? Или в тот момент сна, когда сновидения еще не начались? Многие ли из нас сознает, видя сон, что видят сон? Представьте же, насколько трудно будет оставаться сознающим в бурной путанице посмертных бардо.
То, как ведет себя ваш ум в состоянии сна и видения сновидений, показывает, как ваш ум поведет себя в соответствующих состояниях бардо; например, то, как вы реагируете сейчас в своих сновидениях, при кошмарах и когда вам снятся препятствия, показывает, как вы можете реагировать, когда умрете. Поэтому йога сна и сновидений играет такую важную роль в подготовке к смерти. Тот, кто по-настоящему практикует ее, стремится поддерживать, постоянно и непрерывно, свое сознавание природы ума в течение дня и ночи, и таким образом непосредственно использовать различные фазы сна и сновидений, чтобы знать и уверенно узнавать то, что будет с ними происходить в разных бардо во время смерти и после нее.
Итак, мы часто обнаруживаем два других бардо внутри естественного бардо этой жизни: это бардо сна и сновидений, и бардо медитации. Медитация - занятие дневное, а йога сна и сновидений - ночное. В традиции, к которой принадлежит Тибетская Книга Мертвых, эти два добавляются к Четырем Бардо, составляя вместе Шесть Бардо.

ЖИЗНЬ И СМЕРТЬ НА ЛАДОНИ

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить